Используются технологии uCoz

нАУЧНЫЕ РАБОТЫ ИЗ ЖурналА "Диссертатъоник"

БИбЛИОТЕКИ рбд

Шахматов, Александр Владимирович

Агентурная работа в оперативно-розыскной деятельности: (теорет.-правовое исслед. рос. опыта) [Электронный ресурс]: автореф. дис. на соиск. учен. степ. д.ю.н.: спец. 12.00.09 / Шахматов Александр Владимирович; МВД России, С.-Петербург. ун-т. - М. РГБ, 2005. - Из фондов РБД.


 

Текст воспроизводится по экземпляру, находящемуся в

фонде РГБ:

Шахматов Александр Владимирович

Агентурная работа в оперативно-розыскной

деятельности: (теорет.-правовое исслед. рос.

опыта) автореф. дис. на соиск. учен. степ.

д.ю.н.

Автореферат диссертации на соискание ученой степени

д.ю.н.

Специальность 12.00.09

Санкт-Петербург - 2005

РБД, 2006 (электронный текст)


 

МВД России Санкт-Петербургский университет

Направахрукописи

ШАХМАТОВ Александр Владимирович

АГЕНТУРНАЯ РАБОТА

В   ОПЕРАТИВНО-РОЗЫСКНОЙ   ДЕЯТЕЛЬНОСТИ (теоретико-правовое исследование российского опыта)

Специальность 12.00.09 -

уголовный процесс; криминалистика и судебная экспертиза; оперативно-розыскная деятельность

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени доктора юридических наук

Санкт- Петербург 2005


 

Работа   выполнена   на   кафедре   оперативно-розыскной   дея­тельности ОВД Санкт-Петербургского университета МВД России

Официальные  оппоненты:

доктор юридических наук, профессор

Сурков Константин Викторович; доктор юридических наук, профессор

Иванов Иван Иванович;

доктор юридических наук, доцент

Захарцев Сергей Иванович

Ведущая организация

Московский университет МВД России

Защита состоится «___ »___________ 2005  г.   в____ часов  на

заседании диссертационного совета Д 203.012.02 по защите дис­сертаций на соискание ученой степени доктора наук в Санкт-Петербургском университете МВД России (198206, Санкт-Петербург, ул. Летчика Пилютова, д. 1).

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Санкт-Петербургского университета МВД России (198206, Санкт-Петербург, ул. Летчика Пилютова, д. 1).

Автореферат разослан     «__ >:____________ 2005 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета Д 203.012.02

доктор юридических наук, профессор                      Денисов С.А.


 

I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования обусловлена нескольки­ми взаимосвязанными обстоятельствами. Во-первых, в августе 2005 года исполняется 10 лет со дня принятия Федерального за­кона «Об оперативно-розыскной деятельности» - открытого для широкой общественности, комплексного нормативного правового акта высшей юридической силы, регулирующего чрезвычайно важные вопросы деятельности правоохранительных органов и специальных служб России по противодействию преступности. Этот Закон играет большую роль в правоприменительной практи­ке не только оперативных работников, но и в работе дознавателя, следователя, прокурора, судьи и адвоката. Однако его содержа­ние не в полной мере адекватно состоянию и тенденциям разви­тия криминальной ситуации в нашей стране, а в отдельных слу­чаях не согласуется с потребностями правоприменительной практики и необходимостью надлежащей охраны конституцион­ных прав и свобод человека и гражданина. Соответственно, нор­мы оперативно-розыскного закона нуждаются в совершенствова­нии с означенных позиций.

Во-вторых, в условиях роста уровня преступности, отличаю­щейся высокой степенью организованности, вооруженности и профессионализма, (глубокие социально-экономические преоб­разования в Российской Федерации вызвали в последние годы резкий рост преступности: так, если в 1985 году в России было зарегистрировано 1416935, в 1989 - 1619181, а в 1990 - 1839451 преступление, то в 1999 году их уже зафиксировано 3001748. И хотя официальная статистика 2000-2004 годов констатировала снижение преступности (согласно опубликованным статистиче­ским данным, в 2000 году зарегистрировано 2952367, в 2001 -2968255, в 2002 - 2526305, в 2003 - 2756398, а в 2004 году -2893816 преступлений)1,  криминологические исследования  пока-

зывают, что снижение реально не происходит и криминальная ситуация остается без изменений), эффективность работы пра­воохранительных органов по выявлению, предупреждению, пре­сечению и раскрытию преступлений во многом зависит от долж-

1 Приведенные данные о количестве зарегистрированных преступлений

взяты из сборников МВД России о состоянии преступности в Российской Федерации за соответствующие годы.


 

ной организации оперативно-розыскной деятельности и исполь­зования содействия граждан в ее осуществлении.

Опыт показывает, что невозможно обеспечить раскрытие пре­ступлений и неотвратимость ответственности преступников без противопоставления их криминальной деятельности целенаправ­ленного комплекса оперативно-розыскных мер и следственных действий, без использования в качестве вспомогательной ин­формации данных, полученных оперативно-розыскным путем, без привлечения граждан к содействию в борьбе с преступностью. Вековая практика использования негласных сил, средств и мето­дов полицейскими и специальными службами разных стран в борьбе с политической и общеуголовной преступностью показы-аает, что первое место среди них, даже при результативности современной электронной разведки, справедливо занимает аген­турный метод. Агентурный метод является формой реализации, во-первых, права органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, на привлечение отдельных лиц на кон­фиденциальной основе к подготовке и проведению оперативно-розыскных мероприятий и, во-вторых, возможности граждан ис­пользовать право на защиту своих прав и законных интересов от преступных посягательств.

Учитывая изложенное, следует признать, что изучение вопро­сов правового регулирования содействия граждан органам, осу­ществляющим оперативно-розыскную деятельность, практики привлечения к такому содействию и соблюдения при этом прав и свобод личности актуально в современных условиях и сохранит свое значение для правоохранительных органов России в буду­щем.

В-третьих, Федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности», официально закрепив возможность реализации гражданами своего права на оказание помощи органам, осущест­вляющим оперативно-розыскную деятельность, в решении задач по борьбе с преступностью путем гласного и негласного (конфи­денциального) их содействия этим органам, и признав социаль­ную необходимость и значимость такого содействия, тем не ме­нее, не обеспечил нравственную «легализацию» в общественном сознании названного института.

Работа конфидентов сегодня лишена широкой общественной поддержки. Это связано с тем, что оперативно-розыскная дея­тельность часто приобретает конфликтный характер. В процессе


 

ее ведения законом допускается вторжение в сферу охраняемых законом прав и интересов физических и юридических лиц. Поми­мо этого, состояние современного российского общества, его глобальная криминализация, снисходительное отношение к пре­ступности и преступникам также не способствуют широкому об­щественному признанию и поддержке оперативно-розыскной дея­тельности в целом и конфиденциального содействия органам, ее осуществляющим, в частности. В связи с этим необходимо перед лицом общественности морально защищать лиц, осуществляю­щих конфиденциальное сотрудничество с оперативными органа­ми.

Предупреждение преступлений, их быстрое и полное раскры­тие, розыск и установление скрывшихся и бежавших преступни­ков, то есть обеспечение защиты жизни, здоровья, прав и свобод личности, собственности, безопасности общества и государства от преступных посягательств, осуществляются во многом благо­даря деятельности конфидентов, их участию в подготовке и про­ведении оперативно-розыскных мероприятий. С этой точки зре­ния решаемые ими задачи насыщены высоким нравственным со­держанием.

Кроме того, правоприменительная практика раскрытия и рас­следования преступлений показывает, что использование ре­зультатов работы оперативных подразделений в доказывании по уголовным делам часто сопряжено с угрозой безопасности не только для лиц, осуществляющих оперативно-розыскную дея­тельность, но и для тех лиц, которые, содействуют органам, осу­ществляющим оперативно-розыскную деятельность. В связи с этим нуждаются в детальном изучении и решении вопросы пра­вовой и социальной защиты названных участников оперативно-розыскного процесса.

Изложенные обстоятельства указывают на актуальность из­бранной темы диссертационного исследования.

Степень разработанности темы. В отечественной правовой и историко-правовой литературе в последнее время значительно возрос интерес к исследованиям как оперативно-розыскной дея­тельности в целом, так и отдельным ее составляющим, в частно­сти, истории ее предшественника - уголовного сыска. Проблемы содействия граждан органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, рассматривались в работах таких авто­ров, как А.И. Алексеев, В.М. Атмажитов, В.В. Баранов, И.И. Ба-


 

сецкий, Ю.С. Блинов, В.Г. Бобров, О.А. Вагин, Д.В. Гребельский, Н.С. Железняк, Ю.Ф. Кваша, О.П. Кириллов, О Г. Ковалев, В.А. Лукашов, В Г. Маматов, М.В. Маркелов, Э.В. Моложаев, Б.Г. Мо-рохин, И.П. Напханенко, Б.М. Самохин, Г.К. Синилов, П.А. Скоб­ликов, К.М. Тарсуков, В.Ю. Фролов, А.Ю. Шумилов, ИМ. Яро-славцев и некоторых других ученых. Вместе с тем имеющиеся диссертационные и монографические работы, а также научные статьи носят, как правило, закрытый характер. Настоящая работа является первым открытым исследованием, выполненным на уровне докторской диссертации, посвященным вопросам аген­турной работы в оперативно-розыскной деятельности.

Объект и предмет исследования. Объектом исследования являются общественные отношения, возникающие в связи с ока­занием содействия отдельных лиц органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность.

Предметом исследования являются закономерности развития законодательства, регламентирующего порядок содействия гра­ждан органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятель­ность, закономерности применения агентурного метода в их прак­тической работе, а также закономерности развития теоретико-методологических работ по исследуемым вопросам.

Цель и задачи диссертационного исследования. Целью диссертационного исследования является формулирование и обоснование положений, которые в основе своей сформировали бы научно-теоретическую базу правового института конфиденци­ального содействия отдельных лиц органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, как новой значимой част­ной теории оперативно-розыскной деятельности; разработка на данной основе рекомендаций по совершенствованию оператив­но-розыскного законодательства в части закрепления вопросов агентурной работы оперативных подразделений правоохрани­тельных органов.

Для достижения указанной цели соискателем в диссертацион­ном исследовании ставятся следующие задачи

- изучить историю становления и развития института содейст­вия граждан органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность; провести ретроспективный анализ ра?вития рос­сийского законодательства, регламентирующего эту область опе­ративно-розыскной деятельности;


 

-   обобщить имеющиеся научные материалы, определить сте­
 пень и уровень теоретической разработанности вопросов при­
 влечения граждан к конфиденциальному сотрудничеству; систе­
 матизировать знания об агентурном методе в работе правоохра­
нительных органов и спецслужб в России;

-   определить содержание и объем правового института со­
 действия отдельных лиц органам, осуществляющим оперативно-
 розыскную деятельность;

-   произвести сравнительно-правовой анализ российского и за­
рубежного опыта работы милиции (полиции) и спецслужб с лица­
 ми,   оказывающими  на конфиденциальной основе содействие
 правоохранительным органам в борьбе с преступностью;

-   обосновать необходимость комплексного подхода к опера­
 тивно-розыскным мероприятиям; .

-   изучить практику использования результатов работы конфи­
 дентов в доказывании по уголовным делам;

-   рассмотреть вопросы соблюдения конституционных прав и
 свобод человека и гражданина при привлечении к содействию
 отдельных лиц оперативными подразделениями органов, осуще­
 ствляющих оперативно-розыскную деятельность, а также вопро­
 сы реализации принципов оперативно-розыскной деятельности
при установлении отношений содействия;

-   дать оценку социально-правовой защиты лиц, оказывающих
 содействие  органам,   осуществляющим   оперативно-розыскную
деятельность;

-   на основе сформулированных положений теории перерабо­
 тать ряд существующих и разработать новые рекомендации в
 области правовой регламентации агентурной работы в оператив­
 но-розыскной деятельности;

-   сформулировать предложения по внесению изменений и до­
 полнений   в   оперативно-розыскное,   уголовное   и   уголовно-
процессуальное законодательство;

-   разработать методические рекомендации правоохранитель­
 ным органам по вопросам привлечения конфиденциальных со­
 трудников к предупреждению, пресечению, раскрытию и рассле­
 дованию   преступлений,   а   также   моральной   и   психолого-
педагогической подготовки оперативных работников.

Методологическую основу исследования составили диа­лектический метод научного познания, а также формально­логический, историко-правовой, сравнительно-правовой, стати-


 

8

стический, системно-структурный, и другие частнонаучные мето­ды исследования социально-правовых явлений.

Нормативную основу исследования составили: междуна­родно-правовые акты, Конституция Российской Федерации, Уго­ловный кодекс Российской Федерации, Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации, Федеральный закон «Об опера­тивно-розыскной деятельности», Федеральный закон «О прокура­туре Российской Федерации», иные федеральные законы, указы Президента Российской Федерации, постановления Правительст­ва Российской Федерации, ведомственные и межведомственные акты Министерства внутренних дел Российской Федерации, Ге­неральной прокуратуры Российской Федерации, Федеральной службы безопасности Российской Федерации, других мини­стерств и ведомств, а также постановления Конституционного и Верховного Судов Российской Федерации.

Теоретической основой исследования является научная литература по истории и теории государства и права, оператив­но-розыскной деятельности, уголовно-процессуальному и уголов­ному праву, криминалистике, а также философии, этике, педаго­гике, психологии, криминологии и другим отраслям научного зна­ния.

В своей работе диссертант опирался на труды Т.В. Аверьяно­вой, А.И. Алексеева, В.М. Атмажитова, И.И. Басецкого, А.И. Баст-рыкина, В.В. Баранова, Р.С. Белкина, Ю.С. Блинова, В.Г Бобро­ва, Б.Е. Богданова, В.П. Божьева, О.А. Вагина, А.С. Вандышева, В.Ю. Владимирова, И.А. Возгрина, В.Ю. Голубовского, К.К. Горяи-нова, Д.В. Гребельского, В.И. Григорьева, А.И. Гурова, Е.А. Доли, СВ. Дьякова, В.М. Егоршина, В.И. Елинского, А.М. Ефремова, Н.С. Железняка, В.И. Зажицкого, СИ. Захарцева, А.В. Земсковой, И.Н. Зубова, И.И. Иванова, А.П. Исиченко, И.И. Карпеца, Ю.Ф. Кваши, О.П. Кириллова, И.А. Климова, О.Г. Ковалева, А.Ф. Козу-сева, В.П. Кувалдина, А.Г. Лекаря, В.А. Лукашова, В.В. Лысенко, О.А. Лядова, В.Г. Маматова, М.В. Маркелова, А.Г. Маркушина, В.М. Мешкова, В.И. Михайлова, Э.В. Моложаева, Б.Г. Морохинэ, И.И. Мушкета, В.А. Нетребы, А.С. Овчинского, B.C. Овчинского, С.С. Овчинского, В.Н. Омелина, В.Н. Осипкина, А.С. Подшибяки-на, В.И. Попова, В.Л. Попова, Д.В. Ривмана, В.И. Рохлина, В.Н. Рябчука, В.П. Сальникова, В.Г. Самойлова, Б.М. Самохина, Г.К. Синилова, М.С. Строговича, К.В. Суркова, СВ. Степашина, К.М.   Тарсукова,   А.В.   Федорова,   В.Ю.   Фролова,   В.Л.   Шульца,


 

В.А. Черепанова, В.В. Черникова, А.Е. Чечетина, А.Ю. Шумилова, СП. Щербы, И.Н. Якимова, И.М. Ярославцева и других известных ученых.

Научная новизна исследования заключается в том, что в диссертации произведен комплексный анализ нескольких взаи­мосвязанных вопросов не подвергавшихся ранее исследованию в своей совокупности, а именно: проблем, связанных с законода­тельным закреплением правового института привлечения граж­дан к конфиденциальному сотрудничеству с органами, осуществ­ляющими оперативно-розыскную деятельность; нравственно-правовых аспектов, связанных с применением агентурного мето­да в деятельности правоохранительных органов и спецслужб России; психолого-педагогической подготовки сотрудников опера­тивных подразделений к работе с лицами, оказывающими содей­ствие в предупреждении, пресечении, раскрытии и расследова­нии преступлений на конфиденциальной основе.

Настоящая диссертация является первой открытой работой, в которой анализируется феномен агентурной работы в оператив­но-розыскной деятельности.

Элементами научной новизны обладают авторские предложе­ния по совершенствованию оперативно-розыскного, уголовного и уголовно-процессуального законодательства в части правового регулирования конфиденциального содействия отдельных лиц органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность (форм содействия; уголовно-правовой защиты конфидентов; со­циальной защиты и безопасности граждан, оказывающих содей­ствие правоохранительным органам в противодействии преступ­ности, и их близких), а также методические рекомендации опера­тивным подразделениям органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, по подбору, подготовке и негласной ра­боте с агентурным аппаратом.

Основные положения, выносимые на защиту:

1. В России оперативно-розыскной деятельности в ее совре­менном понимании предшествовала сыскная деятельность, имеющая многовековую историю. Ретроспективное исследование правового регулирования этих видов деятельности как в дорево­люционный период, так и в советский период наглядно свиде­тельствует о необходимости комплексного изучения истории раз­вития оперативно-розыскного законодательства, что, несомнен­но, способствует выработке оперативно-розыскной наукой более


 

10

обоснованных и выверенных долговременной практикой работы оперативных органов предложений по его совершенствованию с учетом современных условий.

2.         Вековая практика использования негласных сил, средств и
 методов полицейскими и специальными службами разных стран в
 борьбе с политической и общеуголовной преступностью показы­
 вает,  что  первое место среди  них, даже при  результативности
 современной электронной разведки, справедливо занимает аген­
 турный метод,  являющийся формой реализации  права органов,
 осуществляющих  оперативно-розыскную деятельность,   на   при­
 влечение отдельных лиц на конфиденциальной основе к подго­
 товке и проведению оперативно-розыскных мероприятий.

3.         Конфиденциальное сотрудничество граждан с оперативны­
 ми подразделениями, требует специальной научной разработки,
 которую   следует   рассматривать   как   частную   научную   теорию
 оперативно-розыскной   деятельности.   Это   обусловлено   важно­
 стью,  сложностью и многообразием проблем, связанных с при­
 влечением   отдельных  лиц   к   содействию   правоохранительным
 органам, которое имеет существенное значение в решении задач
противодействия преступности.

4.    Содействие граждан органам, осуществляющим оператив­
но-розыскную деятельность, - это,  во-первых,  право лица, а не
 его обязанность, а во-вторых, - возможность реализации гражда­
 нами  их конституционного права на защиту от противоправных
 посягательств   путем  оказания   содействия   органам,   осуществ­
 ляющим  агентурную  работу,   в  целях защиты жизни,  здоровья,
 прав и свобод человека и гражданина, собственности, обеспече­
ния безопасности общества и государства от преступных посяга­
 тельств.

5.         По характеру отношений содействие отдельных лиц орга­
 нам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность,  мо­
жет быть непосредственным и опосредованным.

Непосредственное содействие оперативным подразделениям оказывается отдельными лицами, в частности, путем участия в подготовке и проведении оперативно-розыскных мероприятий.

Опосредованное содействие как сравнительно новая форма взаимоотношений отдельных лиц и оперативных подразделений выступает в использовании средств массовой информации, тех­нических каналов связи, высоких технологий (Интернета) для предания огласке оперативно значимых фактов  и  причастных к


 

11

ним лиц, возможно и без адресации сведений правоохранитель­ным органам. Данный вид анонимного содействия необходимо закрепить как самостоятельную форму в Федеральном законе «Об оперативно-розыскной деятельности».

6.    Существенной проблемой остается отсутствие до настоя­
 щего времени реальных эффективных законодательно закреп­
 ленных процедур трансформации  информации,   полученной  от
агентов, в доказательственную. Одним из важных и сложных во­
 просов в этом отношении является использование лиц - конфи­
 денциальных носителей информации в уголовном процессе в ка­
 честве свидетелей. В этой связи необходимо перенимать поло­
 жительный зарубежный опыт и законодательно закрепить сле­
 дующие процедуры: предоставление следователю и оглашение в
 суде письменных показаний конфидента без фиксации его уста­
 новочных данных;  допрос оперативного  работника,   поддержи­
 вающего связь с осведомителем и получившего от него сведения
 об интересующих следователя и суд событиях. Эти положения
 должны быть отражены в УПК РФ.

7.    Конфиденциальное (негласное) содействие органам, осу­
 ществляющим оперативно-розыскную деятельность,  может ока­
 зываться как на контрактной, так и бесконтрактной основе.

Главная отличительная черта более предпочтительного кон­фиденциального сотрудничества на контрактной основе - дли­тельность, устойчивость отношений между гражданином и орга­ном, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность. При этом письменный текст контракта должен составляться в двух экземплярах. Наличие экземпляра контракта у лица, добровольно согласившегося оказывать содействие органам, осуществляю­щим оперативно-розыскную деятельность, позволит ему надле­жащим образом защитить свои права и законные интересы.

8.   Контракт о содействии лица органам,  осуществляющим
оперативно-розыскную деятельность, в его нынешнем определе­
нии и регламентации оперативно-розыскным законодательством
 имеет смешанную юридическую природу; его нельзя рассматри­
вать как трудовой договор, не являются такие отношения и граж­
 данско-правовыми,   они  носят административно-управленческий
 характер. Учитывая, что важной составляющей контракта, поми­
 мо определения взаимных прав и обязанностей сторон, является
 то, что его наличие дает возможность лицу, оказывающему со­
 действие  правоохранительным  органам,   открыто защищать,   в


 

12

том числе в суде, свои социальные, трудовые, пенсионные и иные права, данный контракт необходимо отнести к договору на оказание возмездной информационной услуги, предусмотренно­му ст. 779 ГК РФ.

9.   Согласно ст.  17 Федерального закона «Об оперативно-
 розыскной деятельности» органам, осуществляющим оператив­
но-розыскную деятельность, запрещается использовать конфи­
 денциальное содействие по контракту депутатов, судей, прокуро­
 ров, адвокатов, священнослужителей и полномочных представи­
 телей официально зарегистрированных религиозных объедине­
 ний. При этом данный запрет не распространяется на установлен
 ние конфиденциального сотрудничества с ними на бесконтракт­
 ной основе. Однако названные в указанной статье лица в силу
 занимаемого ими государственного и общественного положения,
а также следуя нравственным нормам, не могут негласно сотруд­
 ничать с органами,   осуществляющими  оперативно-розыскную
 деятельность.

10.     Правоприменительная практика раскрытия и расследова­
 ния преступлений показывает, что использование результатов
 работы оперативных подразделений в доказывании по уголовным
 делам сопряжено с угрозой безопасности как для лиц, осуществ­
ляющих оперативно-розыскную деятельность, так и для лиц, со­
 действующих органам, ее осуществляющим. В связи с этим для
 надлежащей охраны последних следует включить их в список
 лиц, подлежащих государственной защите по Федеральному за­
 кону «О государственной защите потерпевших, свидетелей и дру­
гих лиц, содействующих уголовному судопроизводству», предос­
 тавив им соответствующие права: на личную охрану, охрану жи­
 лища и имущества; выдачу специальных средств индивидуаль­
 ной защиты, связи, оповещения об опасности; переселение на
 другое место жительства; замену документов; изменение внеш­
 ности и др.

11.   В оперативно-розыскном и финансово-бюджетном законо­
 дательстве следует закрепить возможность денежного вознагра­
 ждения граждан за оказание содействия правоохранительным
 органам в решении задач оперативно-розыскной деятельности, а
 также предусмотреть возможность представления их к прави­
 тельственным наградам, широко пропагандируя это в средствах
 массовой информации.


 

13

12.         Учитывая   важность   решаемых  с  помощью   конфидентов
 задач,   необходимо в качестве дополнительной  правовой  гаран­
 тии их деятельности дополнить часть 4 статьи  18 Федерального
закона   «Об   оперативно-розыскной   деятельности»   положением
следующего содержания:   «Любое лицо,   привлеченное к сотруд­
ничеству   органом,    осуществляющим    оперативно-розыскную
деятельность,    освобождается   от   уголовной   ответственно­
 сти за деяние,  совершенное при выполнении в соответствии с
 законом   оперативно-розыскных  мероприятий   по   поручению   та­
 кого органа,   если это деяние совершено с целью предотвраще­
 ния,    выявления   или  раскрытия   преступлений,    совершенных
группой лиц,   группой лиц по предварительному сговору,   органи­
 зованной  группой  или  преступным   сообществом  (преступной
 организацией),   при условии,   что причиненный вред правоохра-
 няемым интересам менее значителен,   чем вред,  который мог
 быть причинен указанными преступлениями».

13.         Следует ввести  в УК РФ новую статью:   «Осуществление
 оперативно-розыскных мероприятий

 

1.         Не является преступлением причинившее вред охраняемым
 настоящим  Кодексом  интересам деяние,  совершенное  при  вы­
 полнении в соответствии с законом оперативно-розыскных меро­
приятий сотрудником уполномоченного государственного органа
 либо по поручению такого органа иным лицом, сотрудничающим с
 этим органом, если это деяние совершено с целью предотвраще­
 ния,   выявления,   раскрытия   или   расследования   преступлений,
 совершенных группой лиц, группой лиц по предварительному сго­
вору,    организованной   группой   или   преступным   сообществом
 (преступной организацией), а также если причиненный вред пра-
воохраняемым   интересам  менее значителен,   чем  вред,   причи­
няемый указанными преступлениями, и если их предотвращение,
 раскрытие или расследование, а равно изобличение виновных в
 совершении преступлений лиц не могло быть осуществлено иным
способом

2.         Положения части первой настоящей статьи не распростра­
 няются   на лиц,   совершивших деяния,   сопряженные  с угрозой
 жизни или здоровью человека, экологической катастрофы, обще­
 ственного бедствия или иных тяжких последствий».

14.   Оперативные подразделения органов внутренних дел  на­
ходятся на передовой борьбы с преступностью и в этой связи ну­
 ждаются в постоянном повышении качества работы.  На одно из


 

14

первых мест в рассматриваемом аспекте выходит проблема мо­рально-психологической подготовки оперативных работников, способных не только по уровню профессиональной подготовки, но и по своим нравственно-психологическим качествам успешно противостоять преступности, успешно работать с гражданами, желающими оказывать содействие правоохранительным орга­нам, в том числе сотрудничество на конфиденциальной основе.

На решение задач морально-психологической подготовки должно быть направлено все теоретико-прикладное содержание учебно-воспитательного процесса в образовательных учрежде­ниях МВД России, способствуя тем самым целенаправленному развитию у будущих специалистов не только профессиональной грамотности, служащей основой правильного и тактичного при­менения на практике полученных знаний, но и активной жизнен­ной позиции, идейной убежденности, осознания повышенной от­ветственности за безупречное выполнение служебного долга, а в целом - развитию личности с высоким уровнем правосознания и нравственно-правовой культуры.

15. Для надлежащей подготовки оперативных работников-«агентуристов» к выполнению своих служебных обязанностей необходимо определить ее критерии. С этой целью в диссерта­ции представлена разработанная автором квалификационная характеристика выпускников учебных заведений системы МВД России (оперативно-розыскной специализации), отражающая систему основополагающих оперативно-служебных, управленче­ских, социально-гуманитарных, юридических, психолого-педагогических, общенаучных и других требований, предъявляе­мых к будущему специалисту.

Теоретическая значимость исследования заключается в комплексном монографическом исследовании правового институ­та содействия отдельных лиц органам, осуществляющим опера­тивно-розыскную деятельность. Результаты исследования вносят определенный вклад в целый рад основных разделов оператив­но-розыскной науки, а именно в разделы, посвященные принци­пам оперативно-розыскной деятельности, проведению оператив­но-розыскных мероприятий, вопросам привлечения оперативны­ми подразделениями правоохранительных органов граждан к предупреждению, пресечению, раскрытию и расследованию пре­ступлений на конфиденциальной основе, а также в соответст­вующие разделы науки конституционного права, изучающие пра-


 

15

ва и свободы человека и гражданина; уголовно-процессуального права, посвященные доказыванию по уголовным делам; уголов­ного и гражданского права.

Систематизация знаний об агентурной работе в оперативно-розыскной деятельности способствует дальнейшему развитию названного правового института и разработке вопросов конфи­денциального содействия граждан органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, как частной научной теории оперативно-розыскной деятельности.

Практическая значимость диссертационного исследова­ния определяется возможностью использования разработанных теоретических положений, выводов, рекомендаций и предложе­ний в правотворческой работе и правоприменительной деятель­ности органов, осуществляющих оперативно-розыскную и уголов­но-процессуальную деятельность.

В работе сформулированы предложения по совершенствова­нию оперативно-розыскного, уголовного и уголовно-процес­суального законодательства, регламентирующего порядок при­влечения граждан к оказанию конфиденциального содействия органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, а также вопросы социальной и правовой защиты названной кате­гории лиц, использования результатов оперативно-розыскной деятельности в доказывании по уголовным делам, соблюдения прав и свобод человека и гражданина в правоохранительной дея­тельности. Диссертация содержит практические рекомендации по повышению эффективности работы оперативных подразделений с агентурным аппаратом и профессиональной подготовки опера­тивных сотрудников.

Положения и выводы диссертационного исследования могут быть использованы для подготовки учебной и учебно-методической литературы по оперативно-розыскной деятельно­сти, а также в системе профессиональной подготовки и повыше­ния квалификации сотрудников правоохранительных органов.

Апробация результатов исследования. Диссертация подго­товлена, обсуждена и одобрена на кафедре оперативно-розыскной деятельности ОВД Санкт-Петербургского университе­та МВД России.

Основные положения исследования нашли практическое ис­пользование при подготовке модельного закона «Об оперативно-


 

16

розыскной, деятельности» для государств - участников Содруже­ства Независимых Государств.

Предложения и выводы диссертационного исследования на­шли практическое применение в деятельности оперативных под­разделений ГУВД по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, Северо-Западного УВД на транспорте, ГУВД Иркутской области, УВД Мурманской области, УВД Псковской области, УВД Новго­родской области, Федеральной службы РФ по контролю за оборо­том наркотиков, УФСБ России по Санкт-Петербургу и Ленинград­ской области, а также при подготовке предложений по совершен­ствованию оперативно-розыскного и уголовно-процессуального законодательства.

Материалы диссертационного исследования используются в учебном процессе Санкт-Петербургского университета МВД Рос­сии, Санкт-Петербургского военного института внутренних войск МВД России, Санкт-Петербургского института Генеральной про­куратуры Российской Федерации, Санкт-Петербургского им. В.Б. Бобкова филиала Российской таможенной академии, Волгоградской академии МВД России, Восточно-Сибирского ин­ститута МВД России.

Основные положения работы получили апробацию в выступ­лениях автора на международных, всероссийских и региональных научно-практических конференциях и семинарах; проводимых в Санкт-Петербурге: «Теоретические и прикладные проблемы экс-пертно-криминалистической деятельности (к 8-летию Экспертно-криминалистических подразделений МВД России)» (7-8 апреля 1999 г,); «Актуальные проблемы ОРД на современном этапе» (20 мая 1999 г.); «Наркомания и наркобизнес: проблемы противо­действия» (25 мая 1999 г.); «Актуальные проблемы безопасности информационного пространства» (5-8 октября 1999 г.), «Концеп­туальные проблемы информационной безопасности в Союзе России и Белоруссии» (18-19 октября 2000 г.); «Роль государства и общества в противодействии наркомании и наркобизнесу (29 марта 2001 г.); «Актуальные проблемы борьбы с преступно­стью» (3-4 октября 2001 г.); «МВД России - 200 лет. история и перспективы развития» (20-21 сентября 2002 г.); «Социально-правовая защита сотрудников ОВД: состояние и перспективы» (26 июня 2003 г.); «Уголовно-процессуальная реформа: УПК РФ -год спустя. Актуальные проблемы применения» (24 октября 2003 г.); «Права и свободы человека и гражданина: международ-


 

17

но-правовое    и    конституционное    регулирование»    (19   декабря

2003    г), «Юридическое образование в правоохранительных орга­
 нах   проблемы и перспективы» (26 февраля 2004 г), «Актуальные
 проблемы   развития   процессуального   права   России»   (21    мая

2004    г),   «Юридические   гарантии   правового   статуса личности
 защита свидетелей  и лиц,  способствующих раскрытию преступ­
лений,   в уголовном  процессе»  (28  мая 2004 г),   «Региональная
информатика - 2004» (22-24 июня 2004 г), «Санкт-Петербургский
 университет МВД России в системе подготовки кадров для орга­
 нов  внутренних дел  и  внутренних войск,   всей  правоохранитель­
ной системы  России» (11   октября 2004 г),  «Актуальные пробле­
мы социальной философии» (25 февраля 2005 г),  «Применение
 специальных   технических   средств   в   борьбе   с   терроризмом»
(21   марта 2005 г),  «Юридическая психология   современные тех­
нологии    психологического   обеспечения    оперативно-служебной
 деятельности       сотрудников       правоохранительной       системы»
 (19 мая 2005 г)   Кроме того, результаты исследования отражены
 в научных публикациях автора

Структура диссертации Диссертация состоит из введения, четырех глав, последовательно раскрывающих содержание за­тронутых проблем, заключения и списка литературы

II. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность темы исследова­ния, определяются степень ее разработанности в юридической науке, объект, предмет, цели и задачи, излагаются методологи­ческие основы, нормативная, теоретическая и эмпирическая база исследования, аргументируется его научная новизна, формули­руются положения, выносимые на защиту, устанавливается тео­ретическая и практическая значимость исследования, приводятся сведения об апробации и внедрении его результатов

Первая глава - «Становление и развитие правового регу­лирования агентурной работы в России» - Посвящена иссле­дованию истории развития российского законодательства об'опе-ративно-розыскной деятельности и содействии отдельных лиц органам государства, осуществляющим розыск преступников

С точки зрения соискателя, история развития правового регу­лирования оперативно-розыскной деятельности с позиций опре­деления   этапов   формирования   российской   государственности,


 

18

начала зарождения оперативно-розыскной деятельности как та­ковой и появления форм содействия граждан в деле борьбы с преступностью должна иметь следующую периодизацию

I      Период возникновения сыска и его регламентации  в X-XVII
 вв , который можно разделить на две части   а) розыск преступни­
 ков по праву княжеского периода (X-XV вв) и б) розыск преступ­
 ников по праву русского централизованного государства (XV-XVII
 вв),

II            Период правовой регламентация сыскной работы в Россий­
 ской  Империи (XVIII - начало XX в),  который представляется це­
 лесообразным подразделить на два этапа  с начала XVIII в   по
 1880т и с 1880 по 1917 г,

 

III                Советский   период  правового   регулирования   оперативно-
 розыскной деятельности (1917-1991 гг)

IV           Постсоветский (современный) период правового регулиро­
 вания оперативно-розыскной деятельности (с 1992 г   по настоя­
 щее время)

В диссертации представлен анализ нормативной базы каждого из указанных периодов законодательного регулирования опера­тивно-розыскной деятельности Особое внимание уделено на­чальному этапу формирования законодательства об оперативно-розыскной деятельности (сыске) и оказании отдельными лицами содействия органам, ее осуществляющим

В процессе исследования выявлено, что в первоначальный период, когда государство не имело специальных государствен­ных органов розыска преступников, его осуществляли заинтере­сованные лица Первым сводом законов Древнерусского государства, содержащим нормы, определяющие порядок розыска преступника и его формы, является Русская Правда На основании анализа норм этого исторического документа, имеющих отношение к исследуемой проблеме, диссертант приходит к выводу, что в рассматриваемый период фактически зарождался сыск - деятельность государственных органов и их должностных лиц по розыску преступников, из которой впоследствии сформировалось два вида правоохранительной деятельности   оперативно-розыскная и уголовно-процессуальная

При этом до XV века имеющиеся исторические документы свидетельствуют лишь о наличии элементов регламентации дея­тельности отдельных лиц, оказывающих содействие в розыске преступников и похищенного имущества   И только в XV - начале


 

19

XVI века, в период укрепления единого русского государства, ро­зыск и поимка преступников стали возлагаться на представите­лей центральной власти Изменения в процессе розыска преступ­ников в обобщенном виде получили частичное закрепление в Су­дебнике 1497 г, ставшим, по сути, первым общим кодексом еди­ного русского феодального права

Однако следует отметить, что в XV-XVII вв. фактически аген­турной работы еще не было, ибо не было агентов как таковых, и именно обыск (опрос) стал официально признанной основной формой использования органами государства содействия насе­ления в борьбе с преступностью При этом условия развивающе­гося общества в обеспечении должного уровня организации борьбы с преступностью обусловливали создание специализиро­ванных государственных органов - полицейского аппарата Воз­никла потребность и в создании органов политического сыска Первым таким органом стал Приказ тайных дел, созданный в 1650 г. при царе Алексее Михайловиче

Дальнейшее исследование показало, что развитие органы по­литического сыска получили в период правления Петра I Именно тогда в России начали создаваться самостоятельные специали­зированные полицейские органы - регулярная полиция. Одной из функций полиции являлся розыск преступников, который по-прежнему сочетал в себе элементы следствия и элементы опера­тивно-розыскной деятельности в их современном понимании.

С созданием полицейских органов начинает формироваться и правовая база, регламентирующая их деятельность, в том числе в части розыска преступников и привлечения к их розыску от­дельных лиц, включая использование их негласного содействия в выявлении как самих преступлений, так лиц, их совершивших, причастных к ним В числе первых из таких правовых актов, за­крепляющих использование тайных методов работы, получившей впоследствии название оперативно-розыскной, стал царский Указ от 2 сентября 1695 г., предписывавший воеводам в городах «про воров и разбойников проведывать тайно всякими мерами».

С появлением в России органов полиции для лучшей органи­зации их деятельности неоднократно предпринимались попытки создания структурно обособленных полицейских подразделений, специализирующихся на розыске преступников Так, в 1730 г. был воссоздан в новом виде Сыскной приказ, а в 1746 г. создана осо-


 

20

бая Экспедиция для розысков по делам воров и разбойников при петербургской полицмейстерской канцелярии.

В ходе реформы органов государственной власти в начале XIX в. была изменена их структура и 8 сентября 1802 г. созданы ми­нистерства, втом числе Министерство внутренних дел, к которо­му отошли полицейские функции. В Петербурге и Москве была создана секретная полиция, руководствовавшаяся в своей дея­тельности особыми инструкциями. Анализ этих инструкций по­зволяет сделать вывод, что приоритет в сборе интересующей полицейские органы информации отдавался не лицам, привле­каемым ими к содействию, а непосредственно сотрудникам поли­ции, осуществляющим личный сыск.

Изменившаяся в первой четверти XIX в. обстановка, а именно - появление различных тайных обществ, представлявших угрозу самодержавию, потребовала активизации политического сыска. Указом от 3 июля 1826 г. создается в качестве органа политиче­ской полиции III отделение Собственной Его Императорского Ве­личества канцелярии. Именно с его деятельностью связано раз­витие агентурной работы в России - одного из наиболее эффек­тивных видов содействия населения органам, осуществляющим сыск.

В рассматриваемый период были образованы соответствую­щие государственные органы, наделенные полномочиями на осуществление оперативно-розыскной деятельности и правом использования при ее осуществлении содействия отдельных лиц, в том числе и негласное. Изменения криминогенной обстановки обусловили принятие мер по созданию органов сыскной (уголов­ной) полиции как субъекта розыскной деятельности. В 1866 г. в Санкт-Петербурге впервые создается подразделение сыскной (уголовной) полиции

Именно в этот период возникли объективные предпосылки (за­говоры, наличие тайных обществ, рост революционного движе­ния, а также осложнение криминальной ситуации и рост общеуго­ловной преступности), обусловившие необходимость перехода органов политического и уголовного сыска к преимущественно агентурным методам работы, включающим внедрение в полити­ческие организации и преступную среду своих тайных сотрудни­ков либо вербовка таковых из числа лиц, связанных с революци­онным движением или уголовными преступниками.


 

21

Первым обобщенным документом, посвященным регулирова-. нию агентурной работы, стала Инструкция по организации и ве­дению внутреннего (агентурного) наблюдения, направленная на-пальникам районных охранных отделений 10 февраля 1907 г. В циркуляре от 16 мая 1908 г. № 131395 давались рекомендации по кругу лиц, из которых могут вербоваться сотрудники.

После революционных преобразований 1917 г. первым орга­ном, на который фактически изначально была возложена задача осуществления оперативно-розыскной деятельности, стала Все­российская чрезвычайная комиссия (ВЧК), созданная 7 декабря 1917 г. Советом народных комиссаров (СНК).

Первыми нормативными актами по линии ВЧК, регламентиро­вавшими оперативно-розыскную работу, стали: Инструкция по борьбе со спекуляцией 1918 г.; Инструкция по наружному наблю­дению; Краткие указания ВЧК по ведению разведки; Положение о секретно-оперативном отделе ГЧК, принятое IV конференцией чрезвычайных комиссий в феврале 1920 г. и утвержденное колле­гией ВЧК; Инструкция «О разрабатывании дел» от 17 июля 1921 г. и Инструкция органам ВЧК на местах по ведению агентурной работы от 17 июля 1921 г.. По линии милиции - Положение об организации отделов уголовного розыска, объявленное циркуля­ром НКВД РСФСР от 16 октября 1918 г., и Инструкция по уголов­ному розыску, разработанная в 1919 г., устанавливающая, что отделения уголовного розыска создаются для охраны революци­онного порядка путем негласного расследования преступлений уголовного характера.

В кратчайшие сроки новая власть преодолела сложившееся мнение о необходимости отказа от применения негласных сил и средств в розыскной деятельности. Появились новые норматив­ные документы, регламентирующие этот вид деятельности и пре­доставляющие права государственным органам использовать, негласное содействие граждан в оперативно-розыскной деятель­ности, то есть осуществлять агентурную работу.

Правовое регулирование агентурной работы  в годы  Великой Отечественной  войны  не претерпело существенных изменений.,, По-прежнему  эта   работа   регламентировалась  ведомственными нормативными актами, решавшими в основном вопросы органи­зационного характера.

В 1959-1960 г. были приняты открытые нормативные докумен­ты (Основы уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных


 

22

республик и УПК РСФСР), содержащие указание на возможность осуществления уполномоченными на то государственными орга­нами оперативно-розыскной деятельности. Однако на законода­тельном уровне не было раскрыто понятие оперативно-розыскных мер, и по-прежнему их применение регламентирова­лось секретными и совершенно секретными нормативными акта­ми: приказом КГБ при СМ СССР 1964 г «О состоянии и мерах по улучшению практики ведения дел оперативной разработки и опе­ративной проверки», Наставлением по агентурной работе мили­ции (приказ МВД СССР 1974 г.), Наставлением по агентурно-оперативной работе оперативных аппаратов ИТУ МВД СССР (приказ МВД СССР от 27 12 74 г.), приказом председателя КГБ при СМ СССР от 12 07.77 г, «Об утверждении Инструкции по оперативному учету в КГБ при Совете Министров СССР», приказ МВД СССР от 29.12.84 г. «Об утверждении и введении в действие Инструкции о порядке регистрации, ведения дел оперативного учета и организации оперативно-справочной работы по ним»

Впервые упоминание о возможном негласном характере опе­ративно-розыскной деятельности появилось в Законе «О мили­ции» (1991 г.). Послё этого 13 марта 1992 г. был принят Закон РФ «Об оперативно-розыскной деятельности». Таким образом, было сделано отступление от практики правового регулирования опе­ративно-розыскной деятельности правоохранительных органов и спецслужб закрытыми (секретными) ведомственными норматив­но-правовыми актами. Закон РФ «Об ОРД» регламентировал, в частности, и содействие граждан органам, осуществляющим опе­ративно-розыскную деятельность. TQ есть получила официаль­ное признание реальность мировой полицейской практики, свиде­тельствующая о том, что без агентурной работы, в особенности в отношении организованной преступности, деятельность полиции не станет эффективной, и были предприняты первые шаги по по­становке агентурного метода на четкую, известную обществу нормативно-правовую основу.

Во второй главе - «Правовое регулирование российским законодательством содействия граждан органам, осуществ­ляющим оперативно-розыскную деятельность, на современ­ном этапе» - диссертант раскрывает понятие и сущность содей­ствия граждан в исследуемой области в целом, определяет спе­цифику конфиденциального содействия граждан оперативным подразделениям       органов,       осуществляющих       оперативно-


 

23

розыскную деятельность, и особенности заключения с ними кон­трактов, а также рассматривает использование содействия от­дельных лиц при подготовке и проведении оперативно-розыскных мероприятий.

' Особое внимание в диссертации обращается на то, что содей­ствие может быть только добровольным, и что его оказание - это право лица, а не его обязанность, это возможность реализации гражданами их конституционного права на защиту от противо­правных посягательств путем оказания содействия органам, осу­ществляющим агентурную работу, в оперативно-розыскной дея­тельности. Содействие может быть кратковременным и длитель­ным, непосредственным и опосредованным, гласным и неглас­ным (конфиденциальным); оно начинается с момента взаимной договоренности и прекращается по желанию одной из сторон или при наличии оснований, предусмотренных законом. Диссертан­том раскрывается сущность каждого названного вида.

Следует подчеркнуть, что содействие граждан органам, осу­ществляющим оперативно-розыскную деятельность, несмотря на его существенное значение для решения задач противодействия преступности, характеризуется рядом проблем, наличие и значи­мость которых требуют углубленного исследования. При этом, учитывая высказанное, представляется целесообразным конфи­денциальное сотрудничество граждан с правоохранительными органами рассматривать как частную научную теорию оператив­но-розыскной деятельности.

В диссертации, с учетом логики предмета исследования, со­действие граждан органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, рассматривается по схеме: а) общие подходы к определению сущности содействия; б) гласное содей­ствие; в) конфиденциальное содействие.

Далее в диссертации определяются направления совершенст­вования законодательства и правоприменительной практики рас­крытия и расследования преступлений.

Так, дословно изучая позицию законодателя (ст. 17 ФЗ «Об ОРД»), можно придти к выводу, что рассматриваемым лицам по­зволяется участвовать лишь в подготовке и проведении опера­тивно-розыскных мероприятий. Однако спектр возможностей конфиденциального аппарата гораздо шире. В связи с чем, на наш взгляд, необходимо изменить редакцию статьи 17 ФЗ «Об ОРД», указав в ее части первой, что «отдельные лица могут, с их


 

24

согласия, привлекаться к решению задач оперативно-розыскной деятельности...»

Соискатель отдельно указывает, что содействие граждан опе­ративным подразделениям органов, осуществляющих оператив­но-розыскную деятельность, имеет свою организационную осно­ву. Организация системы такого содействия граждан состоит из мер по ее созданию и функционированию. К элементам форми­рования системы относятся:

привлечение к содействию лиц, исходя из реальных потребно­стей оперативно-розыскной деятельности; расстановка в соот­ветствии с основными параметрами модели и задачами, которые предстоит решать; формирование качественной системы содей­ствия граждан оперативным подразделениям.

Далее в диссертации отмечается, что виды сотрудничества отдельных лиц с органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность (гласное и конфиденциальное) необхо­димо более четко закрепить законодательно, а также учесть предложение диссертантом о нормативном регулировании Зако­ном анонимного содействия.

Привлечение отдельных лиц к подготовке и проведению опе­ративно-розыскных мероприятий (ОРМ) на гласной основе может выражаться, например, в использовании помощи этих лиц для проведения проверочных закупок, наблюдения, наведения спра­вок, отождествления личности, консультирования по отдельным вопросам, требующим специальных познаний, и др. Наиболее оправдавшей себя на практике формой гласного участия граждан в борьбе с преступностью является внештатное сотрудничество.

Использование конфиденциального содействия получило се­годня широкое распространение в практике оперативных подраз­делений органов внутренних дел.

Конфиденциальность предполагает:

-   специальный допуск к работе с конфидентами только узкого
 круга лиц, определенного их компетенцией, в порядке, установ­
ленном ведомственными нормативными актами МВД России;

-   установление специальных правил документооборота в под­
 разделениях ОВД,  осуществляющих оперативно-розыскную дея­
 тельность;

-   обеспечение специальных мер защиты сведений,  имеющих­
 ся в оперативных подразделениях и сосредоточенных в инфор­
 мационных системах ОВД.


 

25

Конфиденциальное сотрудничество отражает конкретную об­становку, в которой заключается договоренность о сотрудничест­ве, а также личные и деловые возможности частных лиц и задачи оперативно-розыскной деятельности, решаемые с их помощью. Такое сотрудничество может носить различный характер. Разной может быть, в частности, цель привлечения граждан к конфиден­циальному сотрудничеству: подготовка оперативно-розыскных мероприятий, непосредственное участие в их осуществлении, решение иных задач ОРД.

Диссертант акцентирует внимание на том, что нуждаются в дополнительном изучении вопросы, связанные с использованием конфидентов в расследовании и судебном рассмотрении уголов­ных дел. Существенной проблемой в этом смысле представляет­ся отсутствие до настоящего времени реальных законодательно закрепленных процедур и практического опыта получения доказа­тельственной информации от конфидентов; В этой связи необхо­димо использовать положительный зарубежный опыт и при про­изводстве по уголовным делам использовать такие известные формы, как: предоставление следователю и оглашение в суде письменных показаний конфидента без фиксации его установоч­ных данных или допрос оперативного работника, поддерживаю­щего связь с осведомителем, об интересующих следователя и суд событиях (полагая, что содержание сообщенных сыщиком сведений идентично информации, переданной ему конфиден­том).

Раскрывая вопрос о конфиденциальном содействий граждан органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, на контрактной основе, соискатель отмечает, что главной отличи­тельной чертой здесь является длительность и устойчивость от­ношений между сторонами. Контракт позволяет детально опре­делить и закрепить взаимоотношения сторон, условия и виды со­трудничества. Процедуры заключения и исполнения контракта о сотрудничестве регламентируются ведомственными норматив­ными актами, носящими закрытый характер. При этом, согласно общегражданским правилам, письменный текст контракта должен составляться в двух экземплярах. Однако ведомственные норма­тивные акты предписывают составление контракта в целях обес­печения конспирации, в одном экземпляре и хранение его в усло­виях секретности. На наш взгляд, учитывая, что органы, осущест­вляющие оперативно-розыскную деятельность,   вступают с от-


 

26

дельными гражданами в специфические гражданско-правовые и трудовые отношения, лицо, подписавшее контракт, имеет право получить один его экземпляр Наличие экземпляра контракта по­зволит ему надлежащим образом в случае необходимости защи­тить, втом числе в суде, свои права и законные интересы (пенси­онные, трудовые, социальные)

В этой связи представляется, что в целях надлежащей соци­ально-правовой охраны лиц, оказывающих содействие органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, необхо­димо соотнести такой контракт с договором на оказание возмезд­ной информационной услуги, предусмотренным ст 779 Граждан­ского кодекса Российской Федерации

Исследуя возможности привлечения на конфиденциальной основе отдельных лиц к подготовке или проведению оперативно-розыскных мероприятий, соискатель пришел к выводу, что их по­мощь в практической деятельности оперативных подразделений наиболее часто используется при проведении таких ОРМ, как оп­рос, наведение справок, проверочная закупка, оперативное вне­дрение При этом наиболее эффективным является использова­ние конфиденциальных сотрудников при проведении данных ОРМ в сельской местности и в малых городах, где все сотрудники правоохранительных органов известны и находятся на виду у на­селения

В третьей главе - Нравственно-правовые вопросы при­влечения граждан к содействию органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность» - диссертантом рас­крываются общие вопросы этики оперативно-розыскной деятель­ности, нравственные проблемы агентурной работы, проблемы соблюдения прав и свобод граждан в процессе работы с конфи­денциальным аппаратом и надзора за осуществлением агентур­ной работы, а также вопросы социально-правовой защиты лиц, содействующих органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность

Соискатель пришел к выводу, что наиболее сложными с нрав­ственных позиций в ОРД являются проблемы привлечения от­дельных лиц к негласному сотрудничеству В диссертации обос­новывается необходимость дальнейшей научной разработки про­блем оперативно-розыскной этики, а именно определение общих этических положений, моральных основ оперативно-розыскной работы, разработка этических требований, предъявляемых к one-


 

27

ративным работникам, агентам и другим участникам оперативно-розыскной деятельности, а также этических норм проведения от­дельных оперативно-розыскных мероприятий; исследование мо­ральных отношений, складывающихся в оперативной работе и т.д.

Диссертант отмечает, что ФЗ «Об ОРД» официально закрепив возможность реализации гражданами своего права на оказание помощи органам, осуществляющим оперативно-сыскную дея­тельность, в решении задач по борьбе с преступностью путем гласного и негласного их содействия этим органам, признал со­циальную необходимость, значимость и нравственную оправдан­ность такого содействия и предоставил этим органам право на его использование. Однако законодательное оправдание таких лиц, не всегда находит моральное одобрение общества, что, в свою очередь, свидетельствует о необходимости их нравствен­ной защиты.

При этом соискателем акцентируется внимание, что сама по­становка вопроса о необходимости нравственной поддержки и защиты по отношению к конфидентам выглядит риторически. Предупреждение преступлений, их быстрое и полное раскрытие, розыск и установление скрывшихся и бежавших преступников, то есть обеспечение защиты жизни, здоровья, прав и свобод лично­сти, собственности, безопасности общества и государства от преступных посягательств, осуществляются во многом благодаря деятельности конфидентов, их участию в подготовке и проведе­нии оперативно-розыскных мероприятий. С этой точки зрения решаемые ими задачи насыщены высоким нравственным содер­жанием, и это необходимо донести до общественности. Кроме того, необходимо повысить нравственный статус лиц, оказываю­щих содействие органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность

Раскрывая отдельные аспекты привлечения граждан к неглас­ному сотрудничеству, диссертант выделяет такой момент, как использование провокации преступлений в оперативно-розыскной деятельности с целью принуждения того или иного лица к оказанию содействия оперативным органам. С точки зре­ния соискателя, провокация в оперативно-розыскной деятельно­сти недопустима, поскольку это связано с нарушением законно­сти. Допущение преступления при наличии реальной возможно­сти его пресечения, тем более совершение действий, повлекших


 

28

или ускоривших совершение преступления, со стороны того, чья обязанность - борьба с преступностью, является грубейшим на­рушением законности и этики оперативно-розыскной деятельно­сти, требующей от оперативного работника приложения макси­мума усилий стем, чтобы преступление не было совершено.

Отношения оперативного работника с лицом, оказывающим конфиденциальное содействие, изначально должны строиться на доверительных началах, а не на страхе и принуждении. Тогда и работа будет выполняться более эффективно.

Далее в диссертации рассматривается вопрос о привлечении к конфиденциальному сотрудничеству отдельных категорий лиц. При этом указывается, что названные в ст. 17 ФЗ «Об ОРД» лица (депутаты, судьи, прокуроры, адвокаты, священнослужители и полномочные представители официально зарегистрированных религиозных объединений) в силу занимаемого ими государст­венного и общественного положения, а также основываясь на нравственных нормах не могут ни на контрактной, ни на бескон­трактной основе негласно сотрудничать с органами, осуществ­ляющими оперативно-розыскную деятельность.

Говоря об охране прав и свобод.человека и гражданина, автор предлагает дополнительные гарантии прав личности в оператив­но-розыскном процессе. В частности, следует распространить запрет на разглашение сведений, которые затрагивают неприкос­новенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя граждан, ставших известными в процессе проведения оперативно-розыскных мероприятий, для всех лиц, которые при­влекались к проведению ОРМ, в том числе лиц, сотрудничающих с правоохранительными органами на конфиденциальной основе, и включить в ФЗ «Об ОРД» норму, аналогичную ст. 161 УПК РФ, в соответствии с которой оперативный сотрудник был бы наделен правом предупреждать лицо, ставшее обладателем оперативно-розыскной информации, в том числе и составляющей личную и служебную тайну, о недопустимости ее разглашения, и отбирать подписку об уголовной ответственности за нарушение этой нор­мы.. При этом для реализации уголовной ответственности в дан­ном случае необходимо дополнить диспозицию ст. 310 УК РФ ли­бо ввести новую ст. 310-1 УК РФ, предусматривающую ответст­венность за разглашение оперативно-розыскных данных.

Учитывая, что использование результатов работы оператив­ных  подразделений   в доказывании   по уголовным делам  часто


 

29

сопряжено с угрозой безопасности как для лиц, осуществляющих
 оперативно-розыскную деятельность, так и для лиц, содействую­
щих органам, ее осуществляющим, соискатель предлагает вклю­
 чить последних в список лиц, подлежащих государственной за­
 щите по Федеральному закону «О государственной защите по­
терпевших, свидетелей и других лиц, содействующих уголовному
судопроизводству», предоставив им соответствующие права: на
 личную охрану, охрану жилища и имущества; выдачу специаль­
 ных средств индивидуальной защиты, связи, оповещения об
 опасности; переселение в другое место жительства; замену до­
кументов; изменение внешности и др_____________________ .

Важность решаемых с помощью конфидентов задач обуслов­ливает в качестве дополнительной правовой гарантии их дея­тельности пересмотр части 4 статьи 18 Федерального закона «Об ОРД», в которой необходимо указать, что любое лицо, привле­ченное к сотрудничеству органом, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, освобождается от уголовной ответст­венности за деяние, совершенное при выполнении в соответст­вии с законом оперативно-розыскных мероприятий по поручению такого органа, если это деяние совершено с целью предотвраще­ния, выявления, раскрытия или расследования преступлений, совершенных группой лиц, группой лиц по предварительному сго­вору, организованной группой или преступным сообществом (преступной организацией), а также если причиненный вред пра-воохраняемым интересам менее значителен, чем вред, причи­няемый указанными преступлениями. В целях соответствия фе­дерального закона УК РФ в последний необходимо включить ста­тью аналогичного содержания.

Рассматривая вопрос прокурорского надзора в оперативно-розыскной деятельности, соискатель отмечает, что при пред­ставлении документов надзирающему прокурору следует учиты­вать, что сведения о лицах, внедренных в организованные пре­ступные группы, о штатных негласных сотрудниках, лицах, оказы­вающих содействие на конфиденциальной основе, представля­ются уполномоченному прокурору только с письменного согласия этих лиц, за исключением случаев, требующих их привлечения к уголовной ответственности.

В целях обеспечения конспирации этих лиц запрещается представлять без их согласия любые сведения об их личности, включая информацию, которая может привести к их расшифров-


 

30

ке, в том числе поступившие от них сообщения. Если рукописная информация этих лиц послужила основанием для проведения оперативно-розыскных мероприятий или для принятия решения при проведении мероприятия, уполномоченному прокурору пред­ставляется выписка, заверенная подписью руководителя органа, уполномоченного на осуществление оперативно-розыскной дея­тельности.

В четвертой главе - «Психолого-педагогические аспекты агентурной работы органов внутренних дел» - исследуются вопросы влияния профессионального правосознания и правовой культуры оперативных работников органов внутренних дел на качество осуществляемой ими оперативно-розыскной деятельно­сти в целом и на эффективность работы с конфиденциальным аппаратом в частности; вопросы воспитания профессиональных качеств и морально-психологической подготовки оперативных сотрудников, осуществляющих работу с конфиденциальным ап­паратом, и дается квалификационная характеристика выпускни­ков вузов МВД России, специализирующихся в области опера­тивно-розыскной деятельности.

Диссертантом отмечается, что для профессионального заня­тия охраной законных прав и интересов субъектов общественных отношений в ОРД недостаточно обыденных представлений о праве. Для того, чтобы квалифицированно применять закон, сле­довать в своей служебной деятельности его велениям и точно соблюдать его, необходимо прежде всего глубокое знание права, его принципов и положений. Это является важнейшим отличи­тельным признаком правовой культуры оперативных работников органов внутренних дел, которая также должна включать в себя признание общественной значимости профессии, полезности и необходимости ее для нормального функционирования общест­ва, для обеспечения прав личности, укрепления законности и правопорядка.

Постоянное совершенствование профессионализма опера­тивных работников, воспитание высоких личных качеств, разви­тие правосознания и повышение уровня нравственно-правовой культуры является залогом эффективного решения задач ОРД, успешного общения с лицами, оказывающими конфиденциальное содействие, и качественной совместной работы органов, осуще­ствляющих оперативно-розыскную деятельность, и лиц, им со­действующих, в противодействии преступности.


 

31

Оперативные подразделения органов внутренних дел, нахо­дящиеся на передовой борьбы с преступностью, нуждаются в по­стоянном повышении качества работы. При этом на одно из пер­вых мест в рассматриваемом аспекте выходит проблема мораль­но-психологической подготовки оперативных работников, способ­ных не только по уровню профессиональной подготовки, но и по своим нравственно-психологическим качествам успешно проти­востоять преступности и работать с агентурным аппаратом.

На решение задач морально-психологической подготовки должно быть направлено все теоретико-прикладное содержание учебно-воспитательного процесса в учебных заведениях МВД России, что, как представляется, будет способствовать целена­правленному развитию у будущих специалистов не только про­фессиональной грамотности, служащей основой правильного применения на практике полученных знаний, но и активной жиз­ненной позиции, идейной убежденности, осознания повышенной ответственности за безупречное выполнение служебного долга.

При этом для надлежащей подготовки оперативных работни­ков к выполнению своих служебных обязанностей, к деятельности в такой сложной области, как агентурная работа, необходимо вы­рабатывать критерии этой подготовки и стремиться к их достиже­нию. В этой связи диссертант, с учетом накопленного опыта в практических подразделениях органов внутренних дел по раскры­тию и расследованию преступлений и в системе высшего про­фессионального образования, разработал квалификационную характеристику выпускников по оперативно-розыскной специали­зации. В ней отражена система основополагающих оперативно-служебных, управленческих, социально-гуманитарных, юридиче­ских, психолого-педагогических, общенаучных и других требова­ний, предъявляемых служебной деятельностью в органах и учре­ждениях внутренних дел к будущему специалисту. Данные требо­вания к подготовке будущих сотрудников оперативно-розыскных подразделений следует внедрить во всех образовательных учре­ждениях системы МВД России.

В заключении диссертации в сжатой форме на основании проведенного исследования изложены итоговые выводы, теоре­тические положения и основанные на них предложения по со­вершенствованию оперативно-розыскного законодательства Рос­сийской Федерации и повышению эффективности работы опера-


 

32

тивных подразделений с лицами, оказывающими им содействие на конфиденциальной основе.

По теме диссертации автором опубликованы следующие работы:

Монографии, учебники и учебные пособия

1.        Агентурная  работа в оперативно-розыскной деятельности:
 Монография / Под общ.  ред.   В.П.  Сальникова, А.В.  Федорова.
 СПб.: Санкт-Петербургский университет МВД России, 2005.  13,0
 п.л.

2.        Правовое    регулирование    содействия    граждан    органам,
 осуществляющим    оперативно-розыскную   деятельность:    Моно­
 графия. СПб.:  Изд-во Р. Асланова «Юридический центр Пресс»,
 2005. (в соавторстве). 21,5 п.л.

3.        Агентурная  работа и российское законодательство:  Моно­
 графия / Под общ.  ред. В.П. Сальникова, А.В.  Федорова. СПб.:
Санкт-Петербургский университет МВД России, 2004.18,0 п.л.

4.        Оперативно-розыскная деятельность и граждане:  Моногра­
фия. Серия  «Теория и практика оперативно-розыскной деятель­
 ности / Под ред. В.П. Сальникова / Санкт-Петербургский универ­
 ситет МВД России, Академия права, экономики и безопасности
 жизнедеятельности. СПб.: Фонд «Университет», 2001. (в соавтор­
стве). 11,0 п.л.

5.        Наркотики в России: преступление и расследование / Под
 ред.   В.П.   Сальникова.   СПб.:   Санкт-Петербургский  университет
 МВД России, 1999. (в соавторстве). 25 п.л.

6.        Оперативно-розыскная деятельность:  Учебник /  Под общ.
 ред.    К.К.    Горяинова,    B.C.   Овчинского,   А.Ю.    Шумилова.    М.:
 ИНФРА-М, 2001. -XXII - (Серия «Высшее образование»), (в со­
 авторстве). 51,0 п.л.

7.        Содействие граждан органам, осуществляющим  оператив­
но-розыскную деятельность: Учебное пособие. М., 2004. (в соав­
 торстве). 9.0 п.л.

8.        Оперативно-розыскная    деятельность:    Учебное    пособие.
 Серия: «Теория и практика оперативно-розыскной деятельности»
 /    Под    ред.     В.П.     Сальникова    и    А.В.     Федорова.     Санкт-
 Петербургский университет МВД России, Академия права, эконо­
мики и безопасности жизнедеятельности. СПб.: Фонд «Универси­
 тет», 2000. (в соавторстве). 7,0 п.л.


 

33

9.   Содействие граждан органам, осуществляющим оператив­
но-розыскную деятельность: Лекции / Под ред.  В.П. Сальникова.
 СПб.:   Санкт-Петербургский  университет МВД  России,   1998.   (в
соавторстве). 7,3 п.л.

10.             Федеральный закон  «Об оперативно-розыскной деятель­
ности» (в схемах) и акты конституционного правосудия: Учебное
 наглядное пособие/ Под общ. ред. В.П. Сальникова, А.В. Федо­
 рова. СПб., 2001. (в соавторстве).12,0 п.л.

11.             Федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятель­
 ности» (в схемах) и акты конституционного правосудия: Учебное
 наглядное   пособие.   2-е   изд.,   испр.   и  доп.   /   Под  общ.   ред.
 В.П.   Сальникова,   А. В.   Федорова.   М.,   2004.   (в   соавторстве).
 7,5 п.л.

Научныестатьи

1.         Использование содействия отдельных граждан в оператив­
но-розыскной деятельности  по делам   о преступлениях в сфере
компьютерной   информации  //  Компьютерная   преступность:   со­
 стояние, тенденции и превентивные меры ее профилактики: Ма­
 териалы     международной     научно-практической     конференции.
 Санкт-Петербург, 12-13 февраля 1999 г. Часть 1 / Под общ. ред.
 В.П.   Сальникова.   СПб.:   Санкт-Петербургский  университет  МВД
 России, 1999. (в соавторстве). 1,5 п.л.

2.         Правовое    регулирование    вопросов   содействия    граждан
оперативным подразделениям органов внутренних дел // Вестник
Санкт-Петербургского  университета   МВД   России.   1999.   №   1.
 (в соавторстве). 1,0 п.л.

3.         Содействие   граждан   оперативным   подразделениям тамо­
 женных органов //Ученые записки Санкт-Петербургского им. В.Б.
 Бобкова филиала Российской таможенной академии.  1999. № 1
(8). (в соавторстве). 1,0 п.л.

4.         О совершенствовании правового регулирования содействия
 отдельных   граждан   при   осуществлении   оперативно-розыскной
 деятельности по делам о тяжких преступлениях против личности
 //        Проблемы        повышения       эффективности        экспертно-
 криминалистического   обеспечения   раскрытия   и   расследования
тяжких    преступлений    против    личности:    Материалы     научно-
 практического        семинара-совещания        экспертно-криминали-
 стических подразделений Санкт-Петербурга и Ленинградской об­
ласти за 1998 год. Санкт-Петербург, 19 января 1999 г. / Под общ.


 

34

ред. В.П. Сальникова, В.Ю. Владимирова, В.М. Берекета и К.С. Кузьминых. СПб.: Санкт-Петербургский университет МВД России, 1999. 0,3 п.л.

5.         О необходимости совершенствования  правового регулиро­
 вания   содействия  отдельных  граждан   в   осуществлении  опера­
тивно-розыскной деятельности  таможенными   органами  //  Роль
таможенной   службы   в  условиях   переходного   периода:   Тезисы
 докладов  на  международной  научно-практической   конференции.
 Санкт-Петербург,   18-19   марта   1999   г.   Часть   1.   СПб.:   Санкт-
Петербургский им. В.Б.  Бобкова филиал Российской таможенной
академии, 1999. (в соавторстве). 0,2 п.л.

6.         Содействие отдельных граждан при осуществлении опера­
 тивно-розыскной деятельности   по делам  о  преступлениях,   свя­
занных с незаконным   оборотом   наркотических средств,   психо­
тропных и сильнодействующих веществ // Наркомания  и  нарко­
 бизнес:      проблемы      противодействия:      Материалы      научно-
практической конференции. Санкт-Петербург, 25 мая 1999 г. / Под
общ.  ред. В.П. Сальникова, Б.С.  Бурдановой, В.Ю. Владимирова
и  К.С.   Кузьминых. СПб.: Санкт-Петербургский университет МВД
 России. 1999 (в соавторстве). 0,6 п.л.

7.         Защита   государственной   тайны   и   оперативно-розыскная
 деятельность // Актуальные проблемы безопасности информаци­
онного пространства. Всероссийская научно-практическая конфе­
ренция.  Санкт-Петербург,  5-8 октября   1999  г. / Под общ.   ред.
 В.П.   Сальникова.   СПб.:   Санкт-Петербургский  университет  МВД
 России, 1999 (в соавторстве). 0,3 п.л.

8.         Наркомания и международная преступность // Наркомания
 и наркобизнес:  проблемы противодействия:   Материалы  научно-
практической конференции. Санкт-Петербург, 25 мая 1999 г. / Под
общ. ред. В.П. Сальникова, B.C. Бурдановой,  В.Ю. Владимирова
и  К.С.   Кузьминых. СПб.: Санкт-Петербургский университет МВД
 России. 1999. 0,3 п.л.

9.         Возникновение сыска и основные этапы развития россий­
 ского  законодательства об оперативно-розыскной деятельности
// Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России. 1999.
 № 4 (в соавторстве). 1,2 п.л.

10.    Правовое регулирование содействия органам,  осуществ­
 ляющим борьбу с терроризмом //Актуальные проблемы теории и
 практики криминалистики и судебной медицины: Сборник статей.
/ Под общ. ред. В.П. Сальникова,  Р.В.  Бабаханяна,  В.Ю.  Влади-


 

35

мирова. СПб.; Санкт-Петербургский университет МВД России, 2000. (в соавторстве). 0,5 п.л.

11.   Оптимизация использования оперативно-розыскных ас­
 пектов  информационной базы данных МВД  России // Труды
 третьей   межрегиональной   научно-практической   конференции
 «Перспективы   использования   новых  специальных  средств   и
 средств связи в деятельности органов внутренних дел». Сборник
 статей / Под общ. ред. В.П. Сальникова, М.В. Сильникова. СПб.:
 Санкт-Петербургский университет МВД России, 2001. (в соавтор­
 стве). 0,4 п.л.

12.      Использование результатов ОРД ОВД в борьбе против
 незаконного оборота огнестрельного оружия,  боеприпасов  и
 взрывчатых веществ // Труды четвертой межрегиональной науч­
 но-практической конференции «Разработка и применение огне­
 стрельного оружия  и  специальных средств»:  Сборник статей
/ Под общ. ред В.П. Сальникова, М.В. Сильникова, СПб.: Санкт-
 Петербургский университет МВД России, 2001. (в соавторстве).
 0,3 п.л.

13.      Значение   информационно-аналитического  обеспечения
 борьбы с незаконным оборотом наркотиков //Труды пятой межре­
гиональной  научно-практической конференции  «Актуальные во­
просы применения специальных средств в борьбе с организован­
 ной преступностью и терроризмом»: Сборник статей / Под общ.
 ред.    В.П.    Сальникова,    М.В.    Сильникова.    СПб.:    Санкт-
 Петербургский университет МВД России, 2002. 0,4 п.л.

14.      Использование   в   оперативно-розыскной  деятельности
информационной базы данных лиц МВД России //Труды шестой
 межрегиональной   научно-практической   конференции   «Новые
 средства индивидуальной бронезащиты и активной обороны для
 органов  внутренних дел»:  Сборник статей / Под общ.  ред.
 В.П. Сальникова, М.В. Сильникова. СПб.: Санкт-Петербургский
 университет МВД России, 2002. (в соавторстве). 0,4 п.л.

15.      Законность - основополагающий принцип обеспечения
 взаимодействия оперативных и следственных правоохранитель­
ных органов при расследовании преступлений // Труды седьмой
межрегиональной научно-практической конференции «Специаль­
 ная техника и актуальные вопросы борьбы с преступностью»:
 Сборник статей / Под общ. ред. В.П. Сальникова, М.В. Сильнико­
 ва, СПб.: Санкт-Петербургский университет МВД России, 2003.
 0,4 п.л.


 

36

16.             Характерные   особенности   предупреждения   компьютер­
 ных преступлений:   Материалы  второй  межрегиональной  конфе­
 ренции «Информационная безопасность регионов России ИБРР -
 2001»   (Санкт-Петербург,   26-29   ноября   2001    г.).   СПб.,   2002.
 0,3 п.л.

17.             Информационное     обеспечение     оперативно-розыскной
 деятельности аппаратов уголовного розыска по борьбе с умыш­
 ленными убийствами //Труды седьмой межрегиональной научно-
 практической   конференции  «Специальная техника  и  актуальные
 вопросы борьбы с преступностью»:  Сборник статей / Под общ.
 ред.     В.П.     Сальникова,     М.В.     Сильникова.     СПб.:     Санкт-
 Петербургский университет МВД России,  2003.  (в соавторстве).
 0,4 п.л.

18.             Система мер, обеспечивающих защиту информации: Ма­
 териалы VIII  Международной конференции  «Региональная, ин­
 форматика - 2002». Санкт-Петербург, 26-28 ноября 2002 г. СПб.,
 2003. (в соавторстве). 0,4 п.л.

19.             Социальная  обоснованность  использования специальной
техники   при   организации   оперативно-розыскной   деятельности
 // Наука  и   практика  (Выпуск посвящен Дню  российской  науки.
 8    февраля    2003    г.).   Орел:    ОрЮИ    МВД    России.    2003    г.
(в соавторстве). 0,3 п.л.

20.             Содействие граждан органам внутренних дел как одно из
 направлений борьбы с терроризмом // Совершенствование пра­
 вовой базы и взаимодействия правоохранительных органов раз­
личных государств в борьбе с терроризмом и экстремизмом: Те­
 зисы   международной  научно-практической   конференции.  Санкт-
Петербург, 13 мая 2003 г. СПб.: Санкт-Петербургский университет
МВД России, (в соавторстве). 0,3 п.л.

21.     Содействие отдельных граждан органам  внутренних дел
по делам   о  преступлениях,  связанных с  незаконным  оборотом
наркотических средств,  психотропных и  сильнодействующих ве­
 ществ // Государственная политика и общественные инициативы
 в  области   противодействия   наркомании   и   наркобизнесу:   Мате­
 риалы     международной     практической     конференции.     Санкт-
 Петербург,   24  июня  2003   г. /  В.П.   Сальников,  Л В.   Савельев,
В.П. Очередько и др. СПб: Санкт-Петербургский университет МВД
России, 2003.0,4 п.л.

22.             Актуальные  проблемы   правового  регулирования   и  фор­
мирования теории оперативно-розыскных мероприятий // Вестник


 

37

Санкт-Петербургского университета МВД России. № 17 (1-2003). (в соавторстве). 0,4 п.л.

23.     Санкт-Петербургский  уголовный   розыск:   история,   годы,
 судьбы // Вестник Санкт-Петербургского университета МВД Рос­
сии. №18 (2-2003). (в соавторстве). 0,7 п.л.

24.     О    вопросах    представления     результатов    оперативно-
розыскных мероприятий органам следствия // Применение специ­
альной техники, средств индивидуальной бронезащиты  и актив­
 ной   обороны   в деятельности   органов   внутренних дел:  Тезисы
Восьмой   Межрегиональной   научно-практической   конференции.
СПб.: Санкт-Петербургский университет МВД России,  НПО «Спе­
циальных материалов». Декабрь 2003 г. (в соавторстве). 0,3 п л.

25.     Актуальные вопросы взаимодействия органов, осуществ­
ляющих оперативно-розыскную деятельность,   и  средств  массо­
вой информации в борьбе с преступностью: Материалы IX Санкт-
 Петербургской   международной   конференции   «Региональная   ин­
 форматика - 2004».  Санкт-Петербург,  22-24 июня 2004 г. СПб.,
 2004. 0,4 п.л.

26.     Об     истории     правового     регулирования     оперативно-
 розыскного   мероприятия   «Наблюдение»   как формы  содействия
 борьбе с преступностью // История государства и права. 2004. №
2. (в соавторстве). 0,2 п.л.

27.     Оптимизация учебного процесса студентов, обучающихся
в высших учебных заведениях // Сборник научных трудов Санкт-
Петербургской академии права и бизнеса. СПб.: Андреевский Из­
дательский Дом, 2004. 0,5 п.л.

28.     Актуальные   проблемы   правового  регулирования   и  фор­
мирования теории оперативно-розыскных мероприятий // Вестник
Санкт-Петербургского университета МВД России. 2003. № 1 (17).
(в соавторстве). 0,5 п.л.

29.     Актуальные   вопросы   проведения   оперативно-розыскных
 мероприятий  и права человека // Вестник Санкт-Петербургского
 университета МВД России. 2003. № 3 (19). (в соавторстве). 0,5
 п.л.

30.     Объективная     обусловленность    формирования    теории
 оперативно-розыскных мероприятий и содействие борьбе с пре­
 ступностью // Вестник Санкт-Петербургского университета  МВД
России. 2003. № 4 (20). (в соавторстве). 0,6 п.л.

31.     Актуальные    вопросы    совершенствования    конфиденци­
 ального   сотрудничества  граждан  оперативным   подразделениям


 

38

органов внутренних дел в современных условиях // Уголовно-рроцессуальная реформа: УПК РФ - год спустя. Актуальные про­блемы применения: Материалы всероссийской научно-практической конференции. Санкт-Петербург, 24 октября 2003 г. / Под общ ред. В.П. Сальникова. СПб.: Санкт-Петербургский уни­верситет МВД России, 2003.0,3 п л.

32.     Проблемы   совершенствования   правовой   регламентации
 прослушивания телефонных переговоров и содействие борьбе с
преступностью / Научные труды.  Российская академия  юридиче­
ских наук. Вып. 4. В трех томах. Том З.-М.: Юрист, 2004 (в соав­
 торстве). 0,3 п.л.

33.             Актуальные  проблемы   оперативно-розыскных   мероприя­
 тий и права человека // Юридический мир. 2005. № 1  (13). (в со­
 авторстве). 0,5 п.л.

34.     Реализация  принципов оперативно-розыскных мероприя­
тий   в   содействии   борьбе  с   преступностью  //   Вестник  Санкт-
 Петербургского университета МВД России. 2004. № 3 (23). (в со­
 авторстве). 0,4 п.л.

35.       Характерные  особенности  учебной активности   курсан­
тов и слушателей, обучающихся в вузах МВД России // Юридиче­
ское образование в правоохранительных органах: Тезисы между­
 народной   научно-теоретической   конференции.   Санкт-Петербург,
 26 февраля 2005 г. СПб.: Санкт-Петербургский университет МВД
 России, 2005. 0,3 п.л.

36.              О  соотношении   понятий   «оперативный   эксперимент»   и
«провокация»   в  оперативно-розыскной деятельности  //  Вестник
Санкт-Петербургского университета МВД России. 2004. № 4 (24).
 (в соавторстве). 0,6 п.л.

37.              Содействие отдельных лиц при подготовке и проведении
оперативно-розыскного мероприятия «оперативный эксперимент»
 //Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России. 2005.
 № 1 (25). (в соавторстве). 0,6 п.л.

38.              Проблемы   совершенствования   правовой   регламентации
 прослушивания телефонных переговоров и содействие борьбе с
 преступностью // Российский следователь. 2005. № 2. (в соавтор­
 стве). 0,3 п.л.

39.        Права      человека      и      осуществление      оперативно-
 созыскных мероприятий при пресечении преступлений террори­
 стической  направленности // Применение специальных техниче­
ских средств в борьбе с терроризмом: Тезисы межрегиональной


 

39

научно-теоретической конференции. Санкт-Петербург, 21 марта 2005 г. / Под общ. ред. В П. Сальникова. СПб.: Санкт-Петербургский университет МВД России, 2005. 0,3 п.л.

40.      Психологические вопросы содействия  отдельных лиц из
 числа   членов   преступной   группы,   органам,   осуществляющим
оперативно-розыскную деятельность // Юридическая психология:
 современные технологии   психологического обеспечения опера­
тивно-служебной деятельности сотрудников правоохранительной
системы:   Материалы   международной   научно-практической  кон­
 ференции. Санкт-Петербург, 19 мая 2005 г. / Под общ. ред. В.П.
 Сальников. СПб: Санкт-Петербургский университет МВД России,
 2005. 0,2 п.л.

41.      Уголовно-процессуальная защита лиц,  оказывающих со­
действие органам, осуществляющим оперативно-розыскную дея­
 тельность  //  Актуальные   проблемы   развития   процессуального
права в России: Материалы всероссийской научно-теоретической
конференции. Санкт-Петербург, 21   мая 2004 г. / Под общ  ред
 В П.   Сальников.   СПб.:   Санкт-Петербургский   университет  МВД
 России, 2004. 0,2. п.л.

42.      Оперативно-розыскные аспекты личности хакера в пре­
 ступном сообществе // Информационная безопасность регионов
 России (ИББР-2005): Материалы IV Санкт-Петербургской межре­
гиональной  конференции.  Санкт-Петербург,   14-16 июня 2005 г.
СПб.: СПОИСУ, 2005. 0,2 п.л.

Подписано в печать и свет 05.05.2005. Формат 60X841/16

______ Печать офсетная. Объем 2,0 п.л. Тираж 100 экз.________

Отпечатано в Санкт-Петербургском университете МВД России 198206, Санкт-Петербург, ул. Летчика Пилютова, д. 1


 

i

1077


 

ИЗ ФОНДОВ РБД

Оганесян Степан Мхитарович

Пенитенциарная система государства (историко-

теоретический и правовой анализ) автореф. дис.

на соиск. учен. степ. д.ю.н.

Автореферат диссертации на соискание ученой степени д.ю.н.

Специальность 12.00.01

Москва

РБД  

2006


 

Оганесян, Степан Мхитарович

Пенитенциарная система государства (историко-теоретический и правовой анализ) [Электронный ресурс]: автореф. дис. на соиск. учен. степ. д.ю.н.: спец. 12.00.01 / Оганесян Степан Мхитарович; МВД России С.-Петерб. ун-т. - М.: РГБ, 2005. - Из фондов РБД.


 

Текст воспроизводится по экземпляру, находящемуся в

фонде РГБ:

Оганесян Степан Мхитарович

Пенитенциарная система государства

(историко-теоретический и правовой анализ)

автореф. дис. на соиск. учен. степ. д.ю.н.

Автореферат диссертации на соискание ученой степени

д.ю.н.

Специальность 12.00.01

Санкт-Петербург - 2005

РБД, 2006 (электронный текст)


 

МВД России Санкт-Петербургский университет

Направахрукописи

ОГАНЕСЯН Степан Мхитарович

ПЕНИТЕНЦИАРНАЯ СИСТЕМА ГОСУДАРСТВА (историко-теоретический и правовой анализ)

Специальность 12.00.01 -

теория и история права и государства; история учений о праве и государстве

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени доктора юридических наук

Санкт- Петербург 2005


 

Работа выполнена на кафедре теории права и государства Санкт-Петербургского университета МВД России

Официальные оппоненты:

доктор юридических наук, профессор, заслуженный деятель науки Российской Федерации

Покровский Иван Федорович; доктор юридических наук, профессор

Романовская Вера Борисовна; доктор юридических наук, профессор

Глушаченко Сергей Борисович

Ведущая организация

Ленинградский государственный университет им. А.С. Пушкина

Защита состоится «___ »________ 2005 г. в «___ » ч. на за­
седании диссертационного совета Д 203.012.01 по защите дис­
сертаций на соискание ученой степени доктора наук в Санкт-
 Петербургском университете МВД России (198206, Санкт-
 Петербург, ул. Летчика Пилютова, д. 1).

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Санкт-Петербургского университета МВД России (198206, Санкт-Петербург, ул. Летчика Пилютова, д. 1).

Автореферат разослан «___ »_______________ 2005 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета Д 203.012.01

доктор юридических наук, профессор,

заслуженный юрист Российской Федерации      Бородин В.В.


 

I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования предопределяется теоре­тической и практической значимостью широкого круга вопросов, связанных с формированием и эволюцией отечественной пени­тенциарной системы и тем влиянием, которое она оказывает на процессы правообразования, правоприменения и правоохраны в современной России.

Ценности гражданского общества обусловливают приоритет­ность задачи обеспечения прав человека, сохраняющей свою актуальность даже применительно к случаям их ограничения. Необходимость соблюдения прав человека распространяется и на места лишения свободы. Между тем лишение свободы как мера наказания в настоящее время является наиболее приме­няемым в большинстве стран, в том числе и в России, и связано с наиболее значительным ограничением конституционных, граж­данских и иных прав осужденных.

Экономические, социальные и политические преобразования в России, осуществляемые после распада Союза ССР, обусловили создание новой правовой системы, которая нашла закрепление в Конституции Российской Федерации 1993 года: был принят ком­плексный нормативный акт законодательного уровня, регули­рующий организацию и деятельность пенитенциарных учрежде­ний - Закон РФ «Об учреждениях и органах, исполняющих нака­зание в виде лишения свободы».

Новый Уголовно-исполнительный кодекс РФ, вводимый в дей­ствие с 1 июля 1997 г., базируется на Конституции России, обще­признанных принципах и нормах международного права. Он от­ражает достижения пенитенциарной науки, опыт зарубежного законодательства и практику более чем четверти века примене­ния Исполнительно-трудового кодекса РСФСР.

Это по счету четвертый кодекс в новейшей истории России, но вто же время по своим целям, задачам, структуре и содержанию он значительно отличается от Исправительно-трудовых кодексов РСФСР 1924 г., 1993 г. и 1970 г., которые предметом своего регу­лирования имели лишения свободы в виде ссылки и исправи­тельно-трудовых работ.

Пенитенциарная система современной России фактически не располагает эффективными институтами ресоциализации и пост­пенитенциарной адаптации к условиям свободы лиц, отбывших


 

наказание. Предусмотренные в Уголовном кодексе альтернатив­ные лишению свободы новые виды наказаний не применяются, так как еще не сформированы органы, их исполняющие.

В плане характеристики актуальности избранной проблемати­ки отметим еще и то обстоятельство, что среди ученых и специа­листов имеются существенные различия в определении страте­гических направлений развития пенитенциарного дела России, содержании и принципах его регулирования. Более того, извест­ным ученым-пенитенциаристом Н.А. Стручковым была высказана мысль о том, не совершило ли человечество на грани XVI—XVII вв. роковую ошибку, сделав главным средством борьбы с пре­ступностью лишение свободы, тюрьму. И такое сомнение небез­основательно, поскольку, как известно, несмотря на практику прошедших столетий, места лишения свободы пока так и не дос­тигли ожидаемой эффективности исправительного воздействия на преступников, рецидив остается весьма высоким. Как писал не менее известный российский исследователь Б.С. Утевский, «ко­лония, тюрьма - самое неблагоприятное место для воспитатель­ной работы», поскольку принципы педагогики «трудно применять, одновременно и непрерывно карая». Вместе с тем, наказанию в виде тюремного заключения еще не найдено альтернативы, и оно по-прежнему является самой распространенной мерой уголовно­го наказания в большинстве стран мира.

Проблемы современного состояния и дальнейшего совершен­ствования пенитенциарного права невозможно осмыслить без исследования становления и эволюции пенитенциарной системы России с акцентированием внимания на тех исторических перио­дах, когда она подвергалась реформированию, с проведением аналогий с сегодняшним днем, выявлением общих и отличитель­ных черт прошлого и настоящего.

Указанные положения и предопределили выбор темы диссер­тационного исследования.

Степень разработанности темы. Историко-правовые вопро­сы становления, функционирования и развития пенитенциарной системы России постоянно привлекали внимание исследовате­лей. Долгое время в юридической науке пенитенциарная система исследовалась в основном по отдельным направлениям.

Пенитенциарную систему дореволюционной России исследо­вали М.Н. Гернет, Д.В. Краинский, Н.Ф. Лучинский, А.А. Пионтков-ский, СВ. Познышев, М.О. Прянишников и др.


 

Исследованиями истории пенитенциарного права и пенитен­циарных учреждений советской России занимались такие круп­ные ученые, как М.Д. Детков, В.И. Исаков, А.Г. Крахмальник, В.М. Курицин, СИ. Кузьмин, Р.С. Мулукаев, В.Ф. Некрасов, Л.П. Рассказов, Е.А. Скрипилев, И.В. Упоров и др.

Вопросы теории пенитенциарного права, применения средств исправительного воздействия были основательно разработаны в трудах таких ученых, как: Н.А. Беляев, М.П. Мелентьев, А.Е. На-ташев, И.А. Сперанский, В.П. Артамонов, Н.А. Стручков, А.В. Шмаров, А.В. Шамис и др.

Проблемы правового положения осужденных исследованы в работах В.Б. Дерюги, В.И. Селиверстова и др.

Ряд интересных работ был посвящен участию общественности в деятельности пенитенциарных учреждений.

Проблемы реформирования пенитенциарной системы иссле­довали в своих работах В.М. Анисимков, А.А. Аксенов, СМ. Пет­ров и др.

В качестве объекта диссертационного исследования высту­пают правовые институты, принципы, отношения, связи, в сово­купности образующие феномен «пенитенциарное право» и «пе­нитенциарная система» с акцентированием внимания на специ­фике его становления и развития в контексте эволюции правовой системы России.

Предмет исследования включает категориальный аппарат, при помощи которого осуществляется структурно-функциональный анализ государственного механизма и пенитен­циарной системы как элемента этого механизма; нормативно-правовые акты, содержащие нормы, регулирующие обществен­ные отношения в пенитенциарной сфере и являющиеся источни­ками пенитенциарного права; организация и деятельность пени­тенциарных учреждений на различных этапах отечественной ис­тории государства и права, их функциональное назначение и место в системе государственных органов на современном этапе развития российского общества.

Цель и задачи исследования. Целью диссертационной рабо­ты является исследование правовых отношений, юридических норм, политико-правовых идей, взглядов, их социальных носите­лей (субъектов) в сфере исполнения уголовных наказаний; опре­деление на этой основе направления совершенствования право­вого регулирования исполнения уголовных наказаний,  средств


 

6

исправления осужденных, повышения эффективности деятель­ности пенитенциарных учреждений и выработки рекомендаций по совершенствованию пенитенциарной системы России.

Для достижения этой цели были поставлены следующие зада­чи:

-   сформулировать определения пенитенциарной системы  и
 пенитенциарного права и их соотношение;

-   осуществить изучение научных представлений о сущности и
 содержании пенитенциарного права в истории зарубежной и оте­
 чественной политико-правовой мысли;

-   провести исследование роли пенологии и пенитенциарной
 науки в цивилизации пенитенциарных систем;

-   исследовать становление и функционирование пенитенци­
 арной системы России в различные исторические периоды;

-   определить основные источники русского дореволюционного
пенитенциарного права;

-   изучить научное наследие выдающихся русских и зарубеж­
ных пенитенциаристов;

-   выявить причины создания исправительно-трудовых лагерей
 и проанализировать деятельность пенитенциарных учреждений
 системы ГУЛАГ в 30-50-е гг. XX в.;

-   выявить особенности в области режима и охраны осужден­
 ных в годы Великой Отечественной войны;

-   определить основные источники советского исправительно-
 трудового прав;

-   дать анализ конституционно-правовых основ формирования
 и функционирования пенитенциарного права на современном
 этапе развития российского государства;

 

-      исследовать   нормативные   основания   правового  статуса
личности осужденного;

-      определить   объем   и   пределы   ограничений   социально-
 правового статуса личности в пенитенциарной системе и обосно­
 вать необходимость его расширения.

Методологическую основу исследования составили прин­ципы объективности и историзма, преемственности и системно­сти научного анализа, являющиеся общепринятыми в исследова­ниях правовых явлений.

Характер задач, поставленных в диссертации, вызвал необхо­димость применения комплексных научных методов исследова­ния. При сопоставлении различных теоретических взглядов по


 

анализируемым проблемам использовались традиционные фор­мально-логические методы: дедукции, индукции, сравнительного и ретроспективного анализа и синтеза.

Нормативную основу исследования составили основные кодифицированные акты в сфере уголовного и уголовно-исполнительного права Российской Империи, РСФСР, СССР, РФ, акты высших органов государственной власти и управления РСФСР и СССР (ВЦИК, ЦИК, СНК, Совета Министров, Президиу­ма Верховного Совета), законы РФ и подзаконные акты, а также, ведомственные нормативные акты МВД, Министерства юстиции Российской Империи, РФ, НКВД-МВД, Народного комиссариата юстиции советского периода.

Теоретическую базу исследования составили труды ученых-юристов в различных отраслях юридической науки. В частности, использованы труды специалистов в сфере пенитенциарного права: Н.А. Беляева, М.Н. Гернета, М.Г Деткова, А.И. Зубкова, Л.Г. Крахмальника, СИ. Кузьмина, М.П. Мелентьева, А.С. Михли-на, А.Е. Наташева, СВ. Познышева, П.Г. Пономарева, А.Л. Ре-менсона, А.А. Рябинина, В.И. Селиверстова, А.Ф. Сизого, И.А. Сперанского, Н.А. Стручкова, Н.С. Таганцева, Ю.М. Ткачев-ского, Б.С Утевского, В.А. Уткина, О.В. Филимонова, И.Я. Фой-ницкого, А.В. Шамиса, О.Ф. Шишова, И.В. Шмарова, В.Е. Южани­на и других, а также специалистов в области уголовного права, теории и истории права и государства, других смежных юридиче­ских наук: СС. Алексеева, А.И. Александрова, Л.И. Антоновой, B.C. Бурдановой, И.А. Возгрина, В.М. Баранова, В.В. Бородина, Ю.И. Гревцова, СБ. Глушаченко, Э.П. Григониса, С.А. Денисова, В.Я. Кикотя, А.В. Зиновьева, СВ. Игнатевой, Д.А. Керимова, А.И. Королева, В.В. Лысенко, B.C. Нерсесянца, Л.А. Николаевой, В.П. Очередько, И.Ф. Покровского, Р.А. Ромашова, В.Б. Романов­ской, В.И. Рохлина, В.П. Сальникова, В.Д. Сорокина, СВ. Степа­шина, И.Е. Тарханова, В.П. Федорова и других.

Научная новизна диссертации определяется как выбором те­мы, так и подходом к ее исследованию с учетом разработанности соответствующих вопросов.

Настоящая работа является первым в историко-теоретической науке монографическим исследованием, в котором на базе об­щенаучных и специальных методов осуществляется комплексный анализ феномена пенитенциарной системы и пенитенциарного права.


 

8

Пенитенциарная система рассматривается в диссертации как структурно-функциональный элемент, занимающий значимое место в государственном механизме Российской Федерации. Ак­центируется внимание на организацию и деятельность пенитен­циарных учреждений на различных этапах отечественной исто­рии государства и права, их функциональное назначение и место в системе государственных органов на современном этапе разви­тия российского общества.

Результаты диссертационного исследования позволили авто­ру сформулировать определение пенитенциарной системы и пе­нитенциарного права и раскрыть их сущность. Классифицирова­ны источники пенитенциарного права на различных этапах его развития, предложена и обоснована новая хронология возникно­вения и развития пенитенциарной системы России.

В процессе работы были исследованы нормативные, институ­циональные и функциональные составляющие пенитенциарной деятельности, выявлены и охарактеризованы объективные и субъективные факторы, оказывающие существенное влияние на эволюцию пенитенциарной системы на различных этапах отече­ственной истории государства и права.

Научная новизна диссертационного исследования состоит также в том, что оно проводилась с учетом современных дости­жений историко-правовой науки и переоценки исторических фак­тов и событий в нашей стране.

Основные положения, выносимые на защиту:

1.   Пенитенциарное право как социально-правовая  категория
 представляет собой опирающуюся на авторитет государства ре-
 гулятивно-охранительную   систему,   обладающую   реальной   (за­
крепленной   в действующем   законодательстве   и  обеспеченной
системой действенных гарантий) возможностью управлять дейст­
 виями индивидуальных и  коллективных субъектов права;  на ос­
нове согласования противоречивых интересов личного, корпора­
 тивного  и общесоциального характера,  подчиняя эти  интересы
 единой воле с помощью убеждения или принуждения.

2.  Восприятие сущности и содержания пенитенциарной систе­
 мы  носит изменчивый характер  и зависит от хронологического
 периода  и уровня  цивилизационного  развития  конкретного  со­
 циума. При этом под пенитенциарными учреждениями и пенитен­
 циарной   системой обычно понимают учреждения и органы,  ис­
 полняющие наказания в виде лишения свободы. По нашему мне-


 

нию, это слишком узкое понимание пенитенциарной системы. Нам представляется, что пенитенциарная система включает в себя все учреждения и органы государства, исполняющие все виды уголовных наказаний, организационные, правовые, соци­альные и общественные институты, обеспечивающие исправле­ние осужденных.

3.  Соотношение пенитенциарной системы и пенитенциарного
 права заключается в том, что пенитенциарное право составляет
правовую основу и является  инструментом  функционирования
пенитенциарной системы.

Пенитенциарное право - это комплексная отрасль российского права, включающая в себя нормы собственно уголовно-исполнительного права, административного права в части управ­ления пенитенциарными учреждениями, организационно-правовых основ деятельности пенитенциарных учреждений, по­рядка прохождения службы сотрудниками пенитенциарных орга­нов и учреждений, нормы иных отраслей права (трудового, се­мейного, гражданского), а также нормы межотраслевого институ­та содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в со­вершении преступлений.

4.  Пенитенциарная функция государства, осуществляемая в
 форме пенитенциарной деятельности, осуществляется при по­
 мощи юридических средств и методов, которые носят узко спе­
 циализированную  направленность,   определяемую объективной
 необходимостью применения мер физического принуждения. В
 современных условиях вряд ли возможно существование госу­
 дарства, претендующего на статус правового, которое бы эти
методы не применяло. Государственное принуждение и в том
 числе  принуждение  физического характера,   осуществляемое
 специально созданными с этой целью органами, во многом отра­
 жает саму суть государства как социально-политического инсти­
 тута при необходимости подавляющего волю отдельных лиц ради
 общественного блага, в целях достижения публичного интереса.

5.   К органам, осуществляющим пенитенциарную функцию,
 следует относить всю совокупность учреждений и органов, ис­
 полняющих уголовные   наказания,   наделенных   полномочиями
 осуществлять государственное принуждение.  Эти органы  или
 организации в юридической науке именуются также «материаль­
 ными придатками» и выступают в качестве .инструментов, по-


 

10

средством   которых   государство   осуществляет   регулятивно-охранительную деятельность

6.  В истории пенитенциарной системы России следует выде­
 лить три периода. Первый - дореволюционный (со второй поло­
 вины XVI века до октября 1917 г.); второй - советский (октябрь
 1917-1990 г.); третий - постсоветский (1991 г. -до настоящего
 времени). Внутри каждого периода необходимо выделить этапы
 развития пенитенциарной системы в соответствии с особенно­
стями целей наказания, средств их достижения, системой зако­
нодательства и т. д.

В постсоветский период реформы законодательства в сфере исполнения и отбывания уголовных наказаний и деятельности учреждений и органов, исполняющих уголовные наказания, были направлены на дальнейшую гуманизацию отбывания наказания и демократизацию пенитенциарной системы. Однако исключение из системы уголовного законодательства институтов условного осуждения с обязательным привлечением к труду и условного освобождения с обязательным привлечением к труду, а также ликвидация исправительных колоний усиленного режима не вы­текали из реальных условий практики исполнения наказаний.

7.  Пенитенциарная деятельность представляет собой специ­
фическую форму реализации пенитенциарной функции государ­
 ства,  подразумевающую целенаправленное воздействие соот­
 ветствующих государственных институтов (органов) на социаль­
 ные отношения.

Структуру пенитенциарной деятельности составляют такие элементы, как цель, средства, объект, субъект. Цель пенитенци­арной деятельности - реализация пенитенциарной функции госу­дарства, что определяется необходимостью установления и под­держания внутригосударственной безопасности и правопорядка. Средства и методы осуществления пенитенциарной деятельно­сти (средства достижения цели) - это, прежде всего, меры госу­дарственного принуждения (предупредительные меры, меры пре­сечения, меры юридической ответственности). Субъекты пени­тенциарной деятельности - это специальные органы, наделен­ные особой компетенцией и уполномоченные от имени государ­ства осуществлять меры физического принуждения в целях уста­новления и поддержания внутригосударственной безопасности и правопорядка.  Объект пенитенциарной деятельности - поведе-


 

11

ние субъектов общественных отношений, на которое направлены меры государственного физического принуждения.

8.    Появление в Судебнике 1550 г. тюремного заключения в ка­
честве меры наказания можно считать первым законодательным
 установлением в России наказания в виде лишения свободы за
совершение общественно опасных деяний. Однако степень рег­
 ламентации в нем еще очень низка: по существу тюремное за­
ключение лишь обозначено. В соответствующих нормах Судебни­
ка в большинстве случаев не указываются ни сроки лишения сво­
боды, ни места его отбывания, ни ограничения прав содержащих­
 ся в тюрьмах; все эти вопросы решались местными начальника­
 ми. Нет также упоминания о ссылке. Тюремное заключение со­
 провождалось болезненными наказаниями (битьем кнутом) и
 преследовало цель, прежде всего, обезопасить общество от пре­
 ступников, лишить их возможности заниматься преступной дея­
 тельностью.

9.    Моментом становления пенитенциарной системы следует
 считать не то время, когда в законодательстве появилось упоми­
 нание о тюремном заключении, а когда начала складываться
 единая в масштабах страны, управляемая централизованно, со­
вокупность учреждений, имеющих целью наказание и исправле­
 ние преступников. С этой точки зрения началом становления пе­
 нитенциарной системы России следует считать образование в
 начале XIX в.  центральных органов исполнительной власти -
 министерств. Образование министерств в 1802 г. следует считать
крупнейшим шагом в совершенствовании политико-правовой сис­
темы страны.

10.  Проблема правового регулирования и организации режима
отбывания  и  охраны  заключенных в  исправительно-трудовых
 лагерях в период Великой Отечественной войны и в послевоен­
 ное время зависит не только от наличия правовых основ, но и
 системы факторов. В качестве факторов, оказывавших влияние
на обеспечение режима и охраны, выделяются: географическое
 расположение исправительно-трудовых лагерей; дифференциа­
 ция континента по составу преступлений; особые условия воен­
ного времени; передислокация континента в связи с эвакуацией и
по производственной необходимости;   состояние материально-
бытового и медицинского обеспечения; вражда между группиров­
ками заключенных и т. д.


 

12

Режим содержания осужденных в рассматриваемый период выступал в качестве основного средства воздействия на заклю­ченных, и главной целью его было решение народно­хозяйственных задач, вследствие чего цель исправления и пере­воспитания по сути дела была снята с повестки дня.

11.   Специфика нахождения пенитенциарной системы, равно
 как и Службы судебных приставов, в системе Минюста РФ обу­
 словливается не столько тем, что это организации военизирован­
ные, а тем, что они являются правоохранительными органами.

Наряду с этим, следует отметить, что правоохранительными, правозащитными являются все государственные органы. Выде­ление отдельной группы каких-то особых «правоохранительных» органов означает, будто все остальные государственные органы в сфере своей компетенции не занимаются и не должны зани­маться правоохранительной, правозащитной деятельностью.

12.  Децентрализация пенитенциарной системы и даже ее раз­
 государствление  соответствуют  идее  правового  государства  и
 развитого гражданского общества. Однако для этого, прежде все­
го,   необходимо стабильное функционирование  правового госу­
 дарства и гражданского общества и соответствующие этому со­
 циально-экономические условия.   В   настоящее  время   вряд ли
 стоит кардинально менять сложившуюся федеральную систему
 организации исполнения наказания,  ее следует совершенство­
 вать, направить все усилия на упразднение существенных недос­
 татков, имеющих место в пенитенциарной системе, обеспечить
 гуманизацию исполнения наказания,  решить другие актуальные
проблемы и только затем переходить к процессу ее децентрали­
 зации, что предполагает создание в стране местной службы ис­
 полнения наказания и профилактики правонарушений. Для этого
было бы целесообразным изменить действующее законодатель­
 ство, т. е. закрепить законодательно право местных властей соз­
 давать местные органы и учреждения по исполнению наказания.
 Важно также предусмотреть определенные механизмы для сти­
 мулирования  процесса создания  местной системы  исполнения
 наказания прежде всего для таких групп, как несовершеннолет­
 ние, женщины, престарелые и др.

13.  Важное значение в соблюдении и реализации конституци­
 онно-правового положения осужденного имеет четкое обоснован­
 ное и социально оправданное определение соотношения содер-


 

13

жания наказания и существующих ограничений применительно к осужденным:

-   ограничения и запреты в отношении осужденных к исправи­
 тельным работам должны устанавливаться судом, так они суще­
ственно изменяют сущность наказания, приближая его к ограни­
чению свободы;

-   перевод осужденных к лишению свободы в строгие условия
отбывания наказания, помещения камерного типа, единые поме­
 щения камерного типа также должен осуществляться судом;

-   основной тенденцией уголовно-исполнительного законода­
тельства должно стать расширение прав осужденных. Право на
 личную безопасность, закрепленное в ст. 13 УИК РФ, необходимо
распространить на все категории осужденных.

Теоретическая значимость диссертации заключается в том, что сформулированные в ней теоретические положения и выводы дополняют и развивают многие разделы уголовно-исполнительного права, уголовного права, а также общей теории права и государства, истории права и государства, истории пра­вовых учений. Исследуемые в диссертации вопросы генезиса и эволюции отечественной пенитенциарной системы и пенитенци­арного права, критериев ее стабильности и модернизации, обо­собления и универсализации в условиях глобализационных про­цессов составляют узловые проблемные блоки. От их решения зависит достижение конституционно определенной цели - фор­мирование правовой государственности России.

Обобщение, анализ и новое теоретическое осмысление обо­значенных вопросов, а также комплексный подход к исследова­нию вопросов правового регулирования прав и свобод осужден­ных в пенитенциарных учреждениях России на различных этапах развития общества обусловливают теоретическую ценность про­веденного исследования.

Практическая значимость диссертации состоит в том, что выводы и предложения, содержащиеся в ней, могут быть исполь­зованы:

а)  в научно-исследовательской деятельности при анализе со­
 временного состояния и перспектив развития пенитенциарной
 системы и «пенитенциарного права» России;

б)  в нормотворческой деятельности по закреплению и форму­
лированию принципов организации и деятельности пенитенциар-


 

14

ных учреждений и совершенствованию норм «пенитенциарного права»;

в)   в практической деятельности пенитенциарных учреждений
 по   обеспечению   международно-правовых   и   конституционных
прав и свобод человека и гражданина;

г)  при подготовке лекционных курсов, проведении семинарских
 и практических занятий по уголовно-исполнительному праву, а
также уголовному праву,  криминологии, уголовному процессу,
 общей теории права и государства, истории права и государства,
 истории правовых учений;

д) при подготовке спецкурсов по проблемам правоохранитель­
ной деятельности.

Апробация результатов исследования. Рукопись диссерта­ции обсуждалась и была рекомендована к защите на заседании кафедры теории права и государства Санкт-Петербургского уни­верситета МВД России.

Основные результаты исследования получили свое отражение в опубликованных автором трех монографиях, в учебнике по уго­ловно-исполнительному праву, учебных и учебно-методических пособиях, научных статьях.

Результаты изысканий диссертанта использовались в учебном процессе по курсу «Уголовно-исполнительное право» в Санкт-Петербургском университете МВД России, Санкт-Петербургском институте повышения квалификации руководящих работников уголовно-исполнительной системы МЮ России.

Рекомендации, содержащиеся в диссертации, получили апро­бацию в многочисленных выступлениях автора: на международ­ных, всероссийских и региональных научных и научно-практических конференциях и симпозиумах.

Структура работы обусловлена целью и задачами исследо­вания и включает введение, пять глав, объединяющих четырна­дцать параграфов, заключение, список литературы и приложение.

II. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность выбранной темы, показывается степень ее разработанности, определяются цель, задачи, теоретическая и методологическая основы исследования, его новизна, приводятся основные положения,  выносимые на


 

15

защиту, а также указывается теоретическая и практическая зна­чимость работы.

Первая глава - «Феноменология и историография пени­тенциарного права» - посвящена проблеме определения кате­гориального статуса феномена «пенитенциарное право» в его соотношении с понятием «пенитенциарная система». В ней вы­делены параграфы: «Феномен «пенитенциарное право» как объ­ект исследования современной юридической науки» (§ 1); «Генезис пенитенциарного права в свете отечественной ис­ториографии» (§ 2); «Источники пенитенциарного права» (§3).

Прежде чем приступить непосредственно к исследованию фе­номена «пенитенциарное право», диссертант начинает с конста­тации того, что для различных периодов отечественной истории в юридической литературе, как правило, используются различные термины для характеристики одного и того же правового явления: тюремная система - для дореволюционного периода, исправи­тельно-трудовая система - для советского периода, уголовно-исполнительная система-для современного периода.

В современной литературе стал широко использоваться тер­мин «пенитенциарная система» и другие словосочетания с при­лагательным «пенитенциарный»: «пенитенциарная система», «пенитенциарная политика», «пенитенциарные учреждения» и т. д., причем преимущественно в исследованиях теоретико-правового и историко-правового характера, и в тех случаях, когда речь идет о зарубежных странах. В исследованиях же специаль­ного отраслевого характера используются те термины, которые предусмотрены действующим законодательством, т. е. «исправи­тельные учреждения», «уголовно-исполнительная система» и т. д.

Употребление термина «пенитенциарная система» в совре­менной юридической литературе обусловлено, в основном, двумя моментами: необходимостью поиска обобщающего термина для различных этапов истории государства и права (в работах исто­рико-правового и теоретико-правового характера) и использова­нием словосочетаний с прилагательным «пенитенциарный» в международно-правовых актах (Минимальные стандартные пра­вила обращения с заключенными, Европейские пенитенциарные правила).


 

16

Под пенитенциарными учреждениями и пенитенциарной сис­темой обычно понимают учреждения и органы, исполняющие наказание в виде лишения свободы. По нашему мнению, это слишком узкое понимание пенитенциарной системы. Нам пред­ставляется, что пенитенциарная система включает в себя все учреждения и органы государства, исполняющие все виды уго­ловных наказаний, - организационно-правовые, социальные и общественные институты, обеспечивающие цель исправления осужденных.

Таким образом, пенитенциарная система как система испол­нения наказания и применения иных мер уголовно-правового характера, которая охватывает всю совокупность учреждений и органов, исполняющих уголовные наказания, включая: учрежде­ния уголовно-исполнительной системы; судебных приставов-исполнителей; дисциплинарных воинских частей; командование воинских частей, исполняющих наказание в виде ограничения по военной службе; гауптвахты, исполняющие наказание в виде аре­ста; должностных лиц и органов государства, исполняющих тре­бования приговора о лишении специального воинского или по­четного звания, классного чина и государственных наград.

Н.А. Стручков еще в начале 80-х гг. XX в. прогнозировал, что «по мере того, как будет осуществляться правовое регулирова­ние порядка и условий исполнения других наказаний, станет скла­дываться уголовно-исполнительное право в более широком смысле» и «объективное существование особой сферы общест­венных отношений в связи с исполнением наказания обусловит переработку всех разрозненных норм в единую систему норм уголовно-исполнительного права».

Большая часть норм, как исправительно-трудового права со­ветского периода, так и современного уголовно-исполнительного права, относилась и продолжает относиться к исполнению нака­заний, связанных с изоляцией от общества. Таким образом, в рамках этих отраслей права четко выделяется крупная правовая общность или подотрасль права, которую вполне можно назвать пенитенциарным правом.

Пенитенциарное право можно также рассматривать и в более широком смысле. На наш взгляд, в широком смысле пенитенци­арное право включает в себя также нормы, относящиеся по своей юридической   природе   не  только   к  уголовно-исполнительному


 

17

праву, но и к иным отраслям права, либо нормы, отраслевая при­надлежность которых определяется неоднозначно.

Так, например, вопросы управления пенитенциарными учреж­дениями, организационно-правовые основы деятельности пени­тенциарных учреждений, порядок прохождения службы сотрудни­ками пенитенциарных органов и учреждений входят в предмет регулирования административного права. Во время исполнения наказания действуют в известной степени нормы трудового права (условия труда рабочих и служащих пенитенциарных органов и учреждений), семейного и гражданского права.

Особого внимания заслуживают правовые нормы, регулирующие содержание под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений. Ф.М. Городинец, иссле­довавший эту проблему, выделил четыре основные точки зрения по поводу отраслевой принадлежности указанных норм: содержание под стражей регулируется нормами уголовно-процессуального права, но имеет тесную связь с уголовно-исполнительным правом.

По мнению Ф.М. Городинца, содержание под стражей подоз­реваемых и обвиняемых является межотраслевым комплексным институтом, одновременно относящимся и к уголовно-процессуальному и уголовно-исполнительному праву.

Этот вывод позволяет нам говорить и о комплексном характе­ре отрасли пенитенциарного права, понимаемого в широком смысле. Учение о системе права, включающей в себя отрасли, подотрасли и институты права, относится к науке теории госу­дарства и права. В частности, среди отраслей права выделяются основные, самостоятельные отрасли и комплексные отрасли. С.С. Алексеев основные отрасли считает первичными, а ком­плексные отрасли - вторичными, производными образованиями, которые состоят из норм различных отраслей права. Сказанное в полной мере относится и к пенитенциарному праву, если его по­нимать в более широком смысле

Термин «тюрьма» в дореволюционной России понимался своеобразно, не так, как в наше время. Различалась тюрьма в узком смысле, как конкретное место лишения свободы, так и в широком смысле, как тюрьма, включающая в себя все виды кара­тельного заключения, начиная от каторжных тюрем и заканчивая арестом. Так же, в широком смысле, понималась и тюремная система как совокупность всех мероприятий, осуществляемых


 

18

тюрьмой (в широком смысле) в целях реализации кары и исправ­ления заключенных. В узком смысле тюремная система понима­лась как способ размещения заключенных в стенах тюрьмы, как фактор наказания безотносительно прочих тюремных мероприя­тий. Кроме того, в дореволюционной России выделялась само­стоятельная наука - тюрьмоведение - которую И.Я. Фойницкий характеризовал как особую отрасль политико-юридических наук, получающую все большее развитие, основывающуюся на данном опыте и стремящуюся к философско-практическому (позитивно­му) осмыслению карательной системы.

В наше же время под тюрьмой официально понимается лишь один из видов исправительных учреждений наряду с исправи­тельными и воспитательными колониями, причем среди них тюрьма занимает незначительное место. Термины «тюремная система», «тюремная политика» в современной литературе ис­пользуется исключительно либо в связи с дореволюционной ис­торией, либо с зарубежными странами. Тем не менее, в публици­стике, художественной литературе, обыденной речи граждан тюрьма по-прежнему понимается в широком смысле, т. е. как любое место лишения свободы и даже место отбывания админи­стративного ареста. Даже в профессиональной речи сотрудников органов внутренних дел и уголовно-исполнительной системы под тюрьмой почти повсеместно понимаются и следственные изоля­торы.

Таким образом, для различных периодов отечественной исто­рии в юридической литературе, как правило, используются раз­личные термины для характеристики одного и того же правового явления: тюремная система - для дореволюционного периода, исправительно-трудовая система - для советского периода, уго­ловно-исполнительная система - для современного периода.

Переходя к историографическому обзору, приходится конста­тировать наличие ситуации, характерной для проблем подобного рода, поскольку, в силу ряда объективных и субъективных при­чин, и, прежде всего, потому, что учреждения для лишения сво­боды выполняли роль инструмента, который представители вла­сти использовали помимо основного предназначения и для своих целей, эта тема, как и в период империи, так и в советский пери­од во многом оставалась закрытой от общества и, соответствен­но, не находила достаточного освещения в научной литературе.


 

19

При этом в развитии историографии проблемы, на наш взгляд, прослеживаются три основных этапа: первый - дореволюцион­ный период; второй - советский период (до начала 1991-х гг.); третий - постсоветский период (с начала 1991-х гг. по настоящее время). Предложенная периодизация исходит из классификации научной исторической литературы, определяемой в зависимости от приоритетов в проблематики исследований, их концептуальной направленности, степени раскрытия глубинных проблем пени­тенциарной действительности. Указанные периоды совпадают с историческими границами общественно-политического развития нашей страны.

До конца XVIII в. специальных работ, посвященных местам лишения свободы и соответственно пенитенциарной политике в России, фактически не было. Этого нельзя сказать о Западной Европе, где исследования подобного рода стали появляться в еще более ранний период истории.

Сильное воздействие на российскую пенитенциарную мысль оказало изданное в 1764 г. знаменитое сочинение «О преступле­ниях и наказаниях», написанное итальянским юристом и государ­ственным деятелем Чезаре Беккариа. Повторяя некоторые мысли предшественников, Беккариа, вместе с тем, четко сформулиро­вал ряд положений, послуживших основой в формировании уго­ловного законодательства многих стран, включая и Россию. В частности, он писал, что «цель наказания... заключается не в чем ином, как в предупреждении новых деяний преступника, нанося­щих вред его согражданам, и в удержании других от подобных действий. Поэтому следует применять такие наказания и такие способы их использования, которые, будучи адекватны совер­шенному преступлению, производили бы наиболее сильное и наиболее длительное впечатление на души людей и непричиня-ли бы преступнику больших физических страданий»1" Римене" ние пыток подозреваемым он называл «мерзким способом».

В XVIII в. появилось лишь несколько серьезных имен, с кото­рыми связано изучение истории развития тюремной системы в России. Среди них, прежде всего, следует назвать работы В.Н.Татищева (1686-1750 гг.), М.М. Щербатова (1733-1790 гг.) и СЕ. Десницкого (1740-1789 гг.). Освещая, хотя и фрагментарно, вопросы истории развития тюрем эти ученые обращались также к

1 См.: Беккариа Чезаре. О преступлениях и наказаниях. М., 1995. С. 106.


 

20

современным проблемам, предлагали, в частности, составить новое уложение - взамен Соборного уложения 1649 г., причем подчеркивалось, что новое уложение должно быть написано бо­лее ясным, понятным народу языком, считали необходимым рез­ко ограничить применение смертной казни.

Одним из дискуссионных вопросов того времени был вопрос о том, достижимы ли цели наказания в условиях тюремного заклю­чения. Так, Н.С. Таганцев, в целом положительно относящийся к наказанию в виде тюремного заключения, полагает, что достиже­ние в условиях тюрьмы нравственного исправления заключенного нереально. Он писал: «Для этого и сам арестант представляется материалом непригодным и орудия - органы управления, за ред­кими разве изъятиями, недостаточно подготовленными». В то же время он писал, что «тюрьма может приучить арестанта к поряд­ку, к надлежащему распределению своего времени, к физической и нравственной чистоплотности. Тюрьма может приучить и при­учать человека к труду...».

Автор приходит к выводу, что, в целом, научные исследования в русской дореволюционной науке в сфере «пенитенциарного права» проводились в области учения о наказании, его целях и содержании, сущности наказания в виде лишения свободы и его эффективности, а также в разработке практических рекоменда­ций по совершенствованию функционирования пенитенциарной системы, включая вопросы, связанные со средствами исправле­ния осужденных, с организацией работы тюремного персонала и управления пенитенциарными учреждениями.

В первые годы советской власти вопросами пенитенциарного права занимались некоторые юристы, сформировавшиеся в до­революционную эпоху. Среди них следует назвать, в первую оче­редь, СВ. Познышева, Б.С. Утевского, М.Н. Гернета. При этом вклад этих ученых в науку пенитенциарного права был различен. СВ. Познышев, один из крупнейших пенитенциаристов дорево­люционной эпохи, издавший в 1924 г. учебник «Основы пенитен­циарной науки», в дальнейшем научной деятельность не зани­мался. Б.С. Утевский, будучи до революции практикующим адво­катом, в советское время стал одним из самых авторитетных тео­ретиков и практиков в области исправительно-трудового права.

В дальнейшем, с середины 30-х гг., научные исследования в сфере пенитенциарных проблем фактически были прекращены и


 

21

возобновлялись только в конце 50-х гг., после ликвидации ИТЛ и разоблачения культа личности.

Так, уже в 1957г. впервые за многие годы в Высшей школе МВД СССР была проведена научно-практическая конференция с участием достаточно широкого круга, по тем временам, научных и практических работников, представителей общественности. На конференции были заслушаны и обсуждены доклады Б.С. Утев-ского и НА Стручкова по основным проблемам исправительно-трудового права и законодательства об исполнении наказания.

Первыми докторами юридических наук в области исправи­тельно-трудового права в 60-е гг. стали Н.А. Стручков, Н.А. Беляев, А.Л. Ременсон. Именно эти ученые возглавили крупнейшие научные центры по исследованию пенитенциарных проблем.

Оценки становятся более объективными, начиная лишь с 1990-х гг., когда, собственно, начинается завершающий этап историографии работ, посвященных пенитенциарной системе дореволюционного периода. Здесь следует отметить работы М.Г. Деткова, А.Д. Марголиса, О.Н. Бортниковой, З.В. Мошки-ной, четырехтомное издание о государственных учреждениях Рос­сии и др.

Источники пенитенциарного права в предложенной диссер­тации рассматривается с периода Русского (Московского) цен­трализованного государства.

По мнению большинства исследователей, наказание в виде лишения свободы в России, а, следовательно, и законодательст­во его, регулирующее и являющееся источником пенитенциарно­го права, появилось в связи с принятием Судебника 1550 г. Вто­рым по времени принятия крупным источником пенитенциарного права считают Соборное Уложение 1649 г. Указанные норматив­ные акты источниками пенитенциарного права являются лишь в очень небольшой части, поскольку они представляют собой ко­дифицированные акты общего характера, относящиеся ко многим различным отраслям права.

Одним из первых законов, содержащих указание о необходимости создания пенитенциарных учреждений и предпринявших попытку регламентировать режим  содержания


 

22

лиц в них, является утвержденное 7 ноября 1775 г. «Учреждение об управлении губерниями»1.

Следует обратить внимание также на Положение о должности смотрителя и о должности караульного офицера в тюремном замке 1804 г. Оно предписывало раздельное содержание заключенных по званиям, преступлениям, полу, сословиям. В числе дисциплинарных мер воздействия на заключенных преимущество отдавалось телесным наказаниям. Назначение дисциплинарных наказаний зависело от оберполицмейстера и от усмотрения самого смотрителя.

22 июля 1822 г. на основе проекта, разработанного М.М. Спе­ранским, был принят устав об этапах в Сибирских губерниях. В нем регулировался порядок отправления и сопровождения аре­стантов, правила движения, сроки нахождения в пути и время отдыха, правила ведения установленной документации. Летом не разрешалось вести партии более 600 арестантов, зимой - более 100. Важным источником пенитенциарного права стала инструк­ция, определяющая деятельность пенитенциарных учреждений, разработанная МВД и утвержденная Комитетом министров 26 мая 1831 г. (официальное название - Инструкция смотрителю тюремного замка, далее - Инструкция 1831 г.).

Инструкция 1831 г. достаточно высоко оценивается современ­ными исследователями. Так, М.Г Детков пишет, что «Инструкция 1831 г. впервые в истории российского государства объемно и всесторонне определила деятельность системы мест заключе­ния, порядок и условия отбывания арестантами наказания, фор­мы и методы пенитенциарно-карательного воздействия на них»2. Такого же мнения в свое время придерживался М.Н. Гернет, по­лагая, что по объему и содержанию вошедших в нее предписаний она была по существу важным шагом к созданию общетюремного кодекса России.

В системе источников русского пенитенциарного права извест­на еще одна инструкция - Общая тюремная инструкция 1915 г. В отличие от Инструкции 1831 г. она была утверждена министром

1 См.: Российское законодательствоХ-ХХ вв. Т. 5. М., 1987. С. 167-321. г См.: Детков М.Г, Пенитенциарное право России начала XX века (1900—

1917 гг. - дооктябряский период) // Уголовно-исполнительное право: теория, законодательство, международные стандарты, отечественная практика. М., 2003. С. 198.


 

23

юстиции, т. е. являлась чисто ведомственным нормативным ак­том.

Несмотря на ведомственный характер, значение этого норма­тивного акта в развитии русского пенитенциарного права доста­точно высоко. В современной литературе отмечается, что эта инструкция привела действующее в России пенитенциарное за­конодательство в соответствие с мировой практикой. В частности, Инструкция установила различное правовое положение лиц, со­стоящих под следствием и судом, и осужденных.

Первым кодифицированным актом уголовно-правового харак­тера в советской истории стали Руководящие начала по уголов­ному праву РСФСР от 12 декабря 1919г. Этот нормативный акт носил откровенно классовый характер и, в отличие от всех по­следующих советских кодексов, был принят не законодательными органами, а ведомством юстиции (НКЮ), т. е. он одновременно является и ведомственным нормативным актом.

Классовый характер Руководящих начал проявляется уже в самой первой статье этого документа, в которой дается опреде­ление права: «Право - это система (порядок) общественных от­ношений, соответствующая интересам господствующего класса и охраняемая организованной его силой».

В 1924 г. был принят первый советский Исправительно-трудовой кодекс - ИТК РСФСР 1924 г.

Значение ИТК РСФСР 1924 г. состоит в том, что он послужил образцом для разработки ИТК других союзных республик СССР. Кроме того, он обобщил практику деятельности мест лишения свободы и исправительно-трудового законодательства за про­шедшее время. В нем впервые были сформулированы воспита­тельные задачи и закреплена идея исправления осужденных.

Особое место в системе кодифицированных источников ис­правительно-трудового права занял ИТК РСФСР 1933 г. С одной стороны, этот кодифицированный акт по многим позициям ока­зался более прогрессивным в сфере прав осужденных, чем ИТК РСФСР 1924 г. С другой стороны, в ИТК РСФСР 1933 г. не вошли нормы об исправительно-трудовых лагерях (ИТЛ), которые, таким образом, вообще были исключены из законодательного регули­рования. Кроме того, уже с 1934 г. действие ИТК было фактиче­ски парализовано многочисленными ведомственными норматив­ными актами НКВД-МВД, других ведомств, в ведение которых переходили пенитенциарные учреждения (МЮ, МГБ).


 

24

Практиковались совместные постановления ВЦИК и СНК РСФСР, в также ЦИК и СНК СССР, которые сыграли большую роль в формировании пенитенциарного права в 30-50-е гг. XX в.

В последующем, начиная с конца 50-х - начала 60-х гг., при­менение ведомственных актов в повседневной деятельности пе­нитенциарных учреждений было упорядочено, они перестали откровенно противоречить актам, обладающим более высокой юридической силой, а с принятием Основ уголовно-исполнительного законодательства Союза ССР и союзных рес­публик 1960 г. и ИТК РСФСР стали приниматься в случаях, пре­дусмотренных этими кодифицированными актами.

Главное место среди ведомственных нормативных актов МВД СССР в 70-90 гг. XX в. занимали Правила внутреннего распоряд­ка исправительно-трудовых учреждений, утвержденные в 1972 и 1986 гг. Ими устанавливались нормы о приеме осужденных в уч­реждения, правила их поведения во время работы и отдыха, пе­речень работ и должностей, на которых запрещается использо­вание осужденных, перечень и количество предметов и вещей, которые они могут иметь при себе, порядок изъятия запрещенных предметов, правила проведения проверок, свиданий, приема и вручения осужденным посылок, передач, бандеролей и коррес­понденции, перечень и количество продуктов питания и предме­тов первой необходимости, разрешаемых к продаже осужденным, общие требования к оборудованию жилых и производственных зон исправительно-трудовых учреждений.

Первым крупным законодательным актом в сфере исполнения наказания в суверенной России стал Закон РФ «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» от 21 июля 1993 г. с последующими изменениями и дополнениями (далее - Закон РФ от 21 июля 1993 г.). В отечест­венной истории государства и права это первый закон такого ро­да, заменивший собой многие подзаконные акты.

Вторым по времени принятия крупным законодательным ак­том, относящимся к пенитенциарному праву, следует назвать ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в со­вершении преступлений» от 15 июля 1995 г. с последующими изменениями и дополнениями. Этот законодательный акт состоит из 4 глав и 53 статей.

Вторая глава - «Пенитенциарная система как структурно-функциональный   элемент  государственного   механизма»   -


 

25

объединяет два параграфа: «Место и роль пенитенциарной системы в механизме государства» (§ 1); «Особенности функ­ционирования пенитенциарной системы всовременной России и ее нормативно-правовое обеспечение» (§ 2).

При исследовании понятия механизма государства соискатель обосновывает положение о том, что механизм государства - это взаимодействие системы государственных органов, учреждений и предприятий, предназначенных для реализации государственных функций. Употребляя термин «механизм государства», автор обращает внимание на то, что при этом необходимо говорить о его функционировании, о взаимодействии составных частей госу­дарственного механизма. Именно исходя из этого положения, в работе исследуется место пенитенциарной системы в государст­венном механизме в современной России.

Пенитенциарные учреждения, милиция, органы безопасности, вооруженные силы и др. сторонники традиционного понимания механизма государства в широком смысле почти единодушно относят к его составной части, так называемым материальным придаткам.

В истории нашего государства материальным придатком не­редко отводилась действительно определяющая, решающая роль в государственном механизме. Они играли свою специфи­ческую и немаловажную роль в осуществлении задач и функций государства. И если принимать во внимание эти позиции, то су­ществуют все основания для выделения таких материальных придатков в составную часть механизма государства.

Пенитенциарная система в современной России представляет собой централизованную структурно-функциональную систему, формирование и функционирование которой осуществляется от имени государства и связано с обеспечением режима законности, достижения цели исправления осужденных и предупреждения преступлений, а также решения задач исполнения наказания.

Государство в целом реализует охранительную функцию. Но если для одних органов она является сопутствующей, не главной, то для других - именно она определяет предназначение, для ее реализации они и создаются. Различные звенья государственного механизма осуществляют охрану, обеспечение (поддержание), защиту (восстановление) правового порядка, причем сочетание этих компонентов в рамках одного и того органа различно. Дан­ное замечание целиком и полностью относится к пенитенциарной


 

26

системе, различные элементы которой в той или иной мере осу­ществляют и охрану, и обеспечение, и защиту правопорядка, хотя каждый ориентирован преимущественно на что-то одно.

Следует отметить, что в ряде классификаций государственных органов, суды вместе с некоторыми другими органами (прокура­турой, органами внутренних дел, безопасности, исправительные учреждении и т. д.) объединяются в отдельную группу «правоох­ранительных», «судебных», «силовых» органов и т. д.

Подобная классификация и соответствующие характеристики, по мнению диссертанта данных государственных органов, явля­ются с правовой (и государственно-правовой) точки зрения не­верными. Правоохранительными, правозащитными являются все государственные органы. Выделение отдельной группы, каких-то особых «правоохранительных» органов означает, будто все ос­тальные государственные органы в сфере своей компетенции не занимаются и не должны заниматься правоохранительной, пра­возащитной деятельностью.

На современном этапе развития государственно-организованного общества важным принципом построения и функционирования механизма государства является принцип разделения властей.

Государственная власть в ее юридическом аспекте рассмат­ривается не только как социальное явление, но и как конституци­онно-правовой институт, представляющий собой систему консти­туционно-правовых норм, закрепляющих формы организации государственной власти, методы ее осуществления, определяю­щих структуру органов государства и отношения между ними.

Свою классическую формулировку теория разделения властей получила в учении Монтескье. Цель его концепции - гарантиро­вать безопасность граждан от произвола и злоупотреблений вла­стью, обеспечить политическую свободу в государстве, сделать право подлинным регулятором отношений между обществом и государством. Монтескье, подобно Локку, видел в разделении властей «единственную гарантию правового строя в конституци­онном государстве». Кроме того, согласно Монтескье, ни одна власть не должна была вторгаться в компетенцию другой, но ка­ждая из них, защищая себя от возможного вторжения, считалась вправе контролировать и сдерживать другую власть, предотвра­щая превышение полномочий, злоупотребления и деспотизм.


 

27

В основе теории разделения властей лежит идея единства и целостности государственной власти, отсюда разделение вла­стей строится не по иерархическому, а по функциональному принципу.

Пенитенциарная система представляет собой систему соот­ветствующих государственных органов, взаимодействующих ме­жду собой и иными государственными органами, ведущими борь­бу с преступностью. Эта взаимосвязь, несмотря на различие пра­вовых основ, форм и методов их деятельности, обусловливается стоящей перед ними общей задачей борьбы с преступностью в стране. Успешная работа каждого из указанных государственных органов - необходимая предпосылка эффективного выполнения задач другими звеньями этой системы. Они должны взаимодей­ствовать на всех этапах борьбы с преступностью и, в частности, при исполнении наказания.

Далее диссертантом анализируется взаимодействие пенитен­циарной системы на современном этапе с органами государст­венной власти и органами местного самоуправления. Обращает­ся внимание на то, что пенитенциарная система не только осуще­ствляет специфический вид государственной деятельности, но и способствует взаимодействию ветвей власти, их согласованному функционированию.

Наиболее тесным является взаимодействие учреждений и ор­ганов, исполняющих наказания, с органами расследования, суда­ми, аппаратами милиции и органами местного самоуправления. Несомненно, то, что достижение целей, поставленных перед уго­ловным наказанием, невозможно без тесного взаимодействия учреждений и органов, исполняющих наказания, с другими инсти­тутами государства и общества в целом.

Далее диссертантом рассматривается функциональная спе­цифика пенитенциарной системы в современной России.

Автором соотносятся такие категории, как «функции государ­ства», «функции государственной власти» и «функции государст­венных органов».

По мнению соискателя, функциями государства выступают наиболее общие, важнейшие направления деятельности госу­дарства по осуществлению коренных стратегических целей и задач, стоящих пред ним в определенный исторический период. Функции государственной власти - это структурная часть функ­ций государства, представляющая собой наиболее узкие и кон-


 

28

кретные направления государственной деятельности. Если функ­ции государства относятся кдеятельности государства в целом, и в их выполнении, в той или иной мере, участвуют все элементы государственного механизма, то функции государственной власти осуществляются в определенной предметной сфере специально предназначенными для этого органами. К таковым относятся и следственно-дознавательная (тюрьмы, колонии, следственные изоляторы) функция государственной власти.

От функций государства и функций государственной власти автор отграничивает функции государственных органов, под ко­торыми понимается их деятельность по достижению конкретных целей, стоящих перед отдельным органом. Основной целью пе­нитенциарной системы является исправление осужденных и пре­дупреждение совершения новых преступлений, как осужденными, так и иными лицами.

Автор считает, что в настоящее время пенитенциарная систе­ма в Российской Федерации принимает участие в реализации таких функций государственной власти, как правоохранительная, воспитательная, карательная, обеспечивающая и социального контроля (профилактическая). Отмечая значимость перечислен­ных направлений, следует подчеркнуть, что функции пенитенци­арной системы неизбежно меняются стечением времени, по ме­ре развития правообеспечительных институтов (судебной систе­мы, Уполномоченного по правам человека, контрольных органов). Автором делается вывод о том, что при существующем кризисе законности сохранение указанных функций пенитенциарной сис­темы необходимо. Особенно это относится к правоохранительной функции.

Специфика деятельности пенитенциарной системы позволяет говорить о некоторых её особенностях, которые обусловлены, на наш взгляд, следующими факторами: 1) особенностями целей и задач пенитенциарной системы; 2) содержанием деятельности (режим и средства обеспечения в исправительных учреждениях); 3) особенностями режима особых условий в исправительных уч­реждениях; 4) организационными основами деятельности и т. д.

Цели и задачи пенитенциарной системы тесно связаны между собой. Они определяются ее статусом, местом и ролью в системе государственных органов.

Определяют ее функции. Функции являются ключевой право­вой  категорией,   которая   раскрывает и  объясняет содержание,


 

29

структуру и пределы деятельности. Структура любой системы, пишет Л.И. Каск (биологической, технической или социальной), определяется ее функциями. Безотносительно к функциям вооб­ще невозможно сказать что-либо о разумности, целесообразно­сти и эффективности структуры какого-нибудь объекта. Это вы­сказывание напрямую можно отнести и к функциям пенитенциар­ной системы.

К сожалению, в настоящее время в трактовке понятия «цель» у исследователей не достигнуто полного согласия. Так, филосо­фы в основном определяют цель «как субъективное понятие, как существенное стремление и влечение положить себя вовне».

По мнению ГА. Туманова, цель - это атрибутивный признак систем и процессов социального управления. Цель достигается путем решения ряда взаимосвязанных задач. Понятия «цель» -«задача» весьма близкие по смыслу, что позволяет употреблять их как равнозначные. Однако не следует смешивать их друг с другом.

Таким образом, цели наказания и задачи исправительных уч­реждений не следует отождествлять в том числе и из-за этимоло­гических значений этих терминов, так как «цель» и «задача» не одно и то же. Их соотношение таково, что достижение цели опре­деляется выполнением определенных задач субъектами дея­тельности. ..

По мнению М.П. Мелентьева, социальной задачей наказания является исправление и воспитание осужденных, но не перевос­питание, ибо в условиях лишения свободы это сделать невоз­можно, а при исполнении краткосрочных наказаний такую задачу ставить просто не корректно.

Третья глава - «Концептуальные, нормативные и органи­зационно-правовые основания пенитенциарной системы в дореволюционной России» - посвящена исследованию эволю­ции правового регулирования пенитенциарной деятельности в политико-правовой системе России. В ней выделены параграфы: «Рольпенитенциарнойдеятельностивпроцессецентрализа-циирусской государственности» (§ 1); «Осуществление пени-тенциарнойдеятельностивпериодсамодержавия»(§2); «Пра-вовоерегулированиепенитенциарнойдеятельностивпоре-форменныйпериодXIXвека»(§3).

Основы государственной пенитенциарной системы стали за­кладываться в процессе централизации русской государственно-


 

30

сти. Однако истоки ее зарождаются гораздо раньше. В этой связи представляется необходимым дать краткий исторический экскурс появления института наказания в виде лишения свободы, по­скольку именно с ним связывается понятие пенитенциарной сис­темы.

Истоки уголовного наказания (не только лишения свободы) уходят далеко вглубь истории человечества. В древности, еще до появления государства и права, наказания как социально-правового явления не существовало.

Кара в древних источниках права выражалась в смертной каз­ни, телесных наказаниях и денежных выплатах (штрафах), однако решающее место в этом процессе отводилось мести. Постепен­но, по мере совершенствования социальных отношений, с появ­лением и укреплением институтов государства, происходило не­которое опубличивание мести: устанавливались нормы, ограни­чивающие ее пределы, поскольку господство частной мести при­водило к анархии, мешало упорядочению, становлению и стаби­лизации общественной жизни.

Уже в Законах Хаммурапи государство вполне определенно очертило правовые границы реагирования на преступление.

Что касается русских земель, то, как известно, первые пись­менные законы появились здесь в X веке. До этого, по всей види­мости, в нашей стране еще значительное место занимала месть, которая, однако, все более и более ограничивалась.

Если же говорить об истоках института тюремного заключения, то, по утверждению исследователей, «тюрьма применялась в Китае за 2600 лет до Р. X., в Древнем Вавилоне, у евреев, у егип­тян и в государствах классических»1.

В российском праве тюремное заключение впервые появи­лось в Судебнике 1550 г. (ст. 4,6 и др.).

Впервые в русском законодательстве вводится положение о том, что закон обратной силы не имеет, определяется порядок издания новых законов и обязательность вершения всех дел по Судебнику, за исключением дел церковной подсудности.

Тюремное заключение предусматривается впервые как само­стоятельное наказание в Судебнике 1550 г. в 21 случае. Причем

1 Фойницкий И.Я. Учение о наказании в связи с тбрьмоведением. СПб., 1889. С. 308.


 

закон не указывает сроки тюремного заключения. Оно применя­лось, как правило, в сочетании с другими видами наказания.

Таким образом, зарождение пенитенциарной системы в Рос­сии связано с появлением первых пенитенциарных учреждений -тюрем как мест лишения свободы и систематизированного уго­ловного и уголовно-исполнительного законодательства - Судеб­ника 1550 г.

Во второй половине XVI века в России складываются соци­альные, экономические и правовые предпосылки возникновения пенитенциарной системы.

Пенитенциарная система появляется не сразу, она формиру­ется постепенно, т. е. элементы, ее составляющие, появляются на различных этапах ее формирования.

Появление тюремного заключения как вида наказания в Су­дебнике 1550 г. говорит, безусловно, о возросшем значении сво­боды как социального блага.

В Уложении 1649 г. правовое регулирование в виде тюремного заключения находится на более высокой ступени. Усложняются формы лишения свободы - помимо тюремного заключения Уло­жение предусматривает ссылку. Посредством ссылки государство начинает преследовать свои цели, выходящие за рамки возмез­дия и предупреждения: оно использует ссыльных для укрепления своих границ, освоения территории.

Особое место в тюремной системе России занимали мона­стырские тюрьмы, куда помещали осужденных в основном за религиозные преступления. Особенно известной в обществе бы­ла тюрьма Соловецкого монастыря, куда помещали преступников за религиозные преступления.

В начале XVIII в. управление тюремными учреждениями было децентрализованным и находилось в ведомстве различных при­казов: Стрелецкого, Земского, Разбойного и др. На местах тюрь­мой заведовали губные старосты и воеводы. Тюремная админи­страция состояла из целовальников и сторожей.

Тюрьмы были постоянные и временные. Постоянные тюрьмы находились в Москве, Муроме, Шуе, Верхнетурье, а также в мо­настырях.

В Верхнетурье была построена специальная пересыльная тюрьма, а в Москве в XVII в. существовала бражная тюрьма, где содержались лица, задержанные в пьяном виде.


 

32

Таким образом, вторым этапом развития пенитенциарной сис­темы явилось принятие 1649 г. Соборного Уложения, которое определяло источники получения средств на строительство тю­рем и содержание тюремной администрации. Закон четко опре­делял цели тюремного заключения обеспечение изоляции осуж­денных.

Среди уголовных наказаний с XVIII в. стали широко приме­няться каторжные работы. Введение каторги в систему наказаний свидетельствует о том, что, кроме устрашения преступника, его кары, наказание стало преследовать и экономические цели -использование бесплатного труда, в том числе и при осуществ­лении планов грандиозного строительства, примером чего служит строительство Санкт-Петербурга.

Для пенитенциарной системы России рассматриваемого пе­риода немаловажное значение имеет также вопрос о расширении территориальных пространств.

В этой связи следует отметить, что в течение XVIII в. террито­рия Российской Империи значительно расширялась до 17 млн кв. км. - за счет включения в ее состав части Казахстана, Прибалти­ки, Крыма и Новороссии, части Кавказа, Приднестровья и ряда других земель. Проведены две крупные территориальные ре­формы. Так, в 1708 г. были образованы губернии (Московская, Смоленская, Киевская, Азовская, Казанская, Архангелогородская, Сибирская).

При этом губернаторы обладали всей полнотой администра­тивной и судебной власти в рамках своей территории, за исклю­чением особо важных дел, которые докладывались царю. Места лишения свободы (тюрьмы, остроги, смирительные и рабочие дома) находились в ведении губернаторов.

Третий этап развития пенитенциарной системы России связан с периодом царствования Петра I. Наибольший интерес из уго­ловно-правовых документов петровского времени представляет Артикул воинский 1715 г., включавший в себя статьи о преступле­ниях не только воинских, но и политических и общеуголовных. Артикул предусматривал цель мести преступнику и устрашение населения.

Далее диссертант отмечает что, недостатки законотворческой деятельности XVIII в. объясняются тем, что Петр Великий, испо­ведуя принцип абсолютизма (как записано в Уставе воинском, «его величество есть самовластный монарх,  который никому на


 

33

свете о своих делах ответу дать не должен»), мало считался с мнением своих приближенных.

Если в составлении и принятии Соборного уложения 1649 г. так или иначе, принимали участие представители различных об­щественных слоев, то Артикул воинский 1715 г. создавался прак­тически под диктовку одного человека - Петра I, который, при всех его дарованиях, был не в состоянии охватить все тонкости законотворческой деятельности, а его окружение, очевидно, даже имея свои мнения и предложения, не осмеливалось их высказы­вать.

Одним из первых законов, содержащих указание о необходи­мости создания принудительных воспитательных заведений и предпринявших попытку регламентировать режим содержания лиц в указанных учреждениях является утверждение 7 ноября 1775 г. «Учреждений об управлении губерниями».

Задача исправления арестантов еще не обрела какой-либо социальной и материальной опоры. Правовое регулирование назначения и исполнения лишения свободы осуществлялось бес­системно, преимущественно на основе указов, издаваемых по отдельным вопросам уголовной политики и тюремной деятельно­сти. Пенитенциарные функции выполнялись различными госу­дарственными органами. Какой-либо программы тюремного уст­ройства в России не существовало.

Моментом становления пенитенциарной системы следует счи­тать не то время, когда в законодательстве появилось упомина­ние о тюремном заключении, а когда стала складываться единая в масштабах страны, управляемая централизованно, совокуп­ность учреждений, имеющих целью наказание и исправление преступников. С этой точки зрения началом становления пени­тенциарной системы России следует считать образование в на­чале XIX в. центральных органов исполнительной власти - мини­стерств. Образование министерств в 1802 г. было крупнейшим шагом в совершенствовании политико-правовой системы России.

Несмотря на широкое распространение к середине XIX в. тю­ремного заключения как вида уголовного наказания, вопросы режима отбывания наказания не нашли должной регламентации в законодательстве России.

В январе 1875 г. в Санкт-Петербурге был открыт Дом предва­рительного заключения - первое специальное учреждение для содержания   подследственных  арестантов.   Этот  факт   положил


 

34

начало формированию в пенитенциарной системе специфических учреждений, которые в настоящее время называются следствен­ными изоляторами.

В пенитенциарную систему Российской Империи в начале XX в. входили следующие пенитенциарные учреждения: тюрьмы, арестантские помещения при полиции (аналоги современных ИВС), арестные дома (аналоги арестных домов, предусмотрен­ных современными УК и УИК РФ), воспитательно-исправительные заведения (аналоги современных воспитатель­ных колоний).

Особое место в пенитенциарной системе России занимали воспитательно-исправительные заведения. Нельзя с полным основанием говорить о том, что они находились исключительно в ведении Министерства юстиции и являлись исключительно толь­ко пенитенциарными учреждениями. Эти заведения открывались и закрывались по разрешению министра юстиции, однако их уч­редителями могли быть правительство, земства, города, духов­ные установления, общественные организации и частные лица.

Новые исторические условия, складывавшиеся в обществен­но-политической жизни России в конце XIX начале XX века при­вели к некоторым реформам в политической и экономической жизни, в юриспруденции. Произошли определенные позитивные изменения в деятельности тюремных учреждений, в том числе были пересмотрены некоторые законы, положения.

Вообще, нужно заметить, что поиск истины того, какие же на самом деле были тюремные условия в России, чрезвычайно за­труднителен, и совершенно точные оценки, видимо, невозможны. При всей самокритике и стремлении к объективности, государст­во не было заинтересованно в показе неприглядных сторон тю­ремной жизни; нужно учитывать также, что все делопроизводство ГТУ, включая отчеты, было сожжено в феврале 1917 г.

Учреждённая 28 декабря 1915 г. министром юстиции сенато­ром А. Хвостовым Общая тюремная инструкция была последним нормативным документом царизма в области тюремного законо­дательства. В виде опыт она стала применяться на практике ещё с 1 марта 1912 г. Эта инструкция включала все предшествовав­шие подобные документы и является, по существу, прообразом позднейших Правил внутреннего распорядка ИТУ, которые в пер­вой редакции были приняты в 1972 г.


 

35

В четвертой главе - «Пенитенциарные учреждения в ме­ханизме советского государства» - выделены параграфы: «Становление пенитенциарной системы советского государ­ства» (§ 1); «Правовое регулирование и обеспечение режима в годы Великой Отечественной войны и послевоенные годы» (§ 2); «Эволюция пенитенциарного права в СССР в 60-90 гг. XX века» (§ 3),

Советский период развития пенитенциарной системы начался с попытки реализации передовых идей, сформировавшихся в дореволюционный период. Целями наказания определялось не только исправление, но и перевоспитание, был провозглашен переход от тюрем к воспитательным учреждениям, декларирова­лись средства исправительного воздействия, среди которых при­знавался общественно-полезный труд. Устанавливалась прогрес­сивная система отбывания наказания.

В 1921-1925 гг. в РСФСР была проведена реформа государ­ственных органов, действовавших в правоохранительной сфере. В русле этих реформ произошли преобразования и в пенитенци­арной системе. В целом они были направлены на централизацию управления пенитенциарными учреждениями, т. е. на выполнение той задачи, которую не удалось решить до конца ни в Российской Империи, ни в период Временного правительства. В результате пенитенциарные учреждения в 1922 г. были переданы в ведение НКВД.

Вместе с тем пенитенциарные учреждения постепенно стано­вились важнейшим элементом не только государственного меха­низма, но и политической системы общества. Происходит посте­пенное сращивание партийного аппарата с государственными органами, а пенитенциарная система становится важнейшим ин­струментом проведения политики партии.

Далее в диссертации рассмотрено развитие пенитенциарных учреждений во время функционирования системы, получившей обобщенное название «система ГУЛАГ».

К началу 30-х гг. два ведомства - НКВД и ОГПУ стали наибо­лее могущественными материальными придатками тоталитарно­го государственного механизма. Между ними развернулась борь­ба за единоличное проведение карательно-репресивной полити­ки.

Постановлением ЦИК СССР от 10 июля 1934 г. был образован общесоюзный   НКВД СССР,   в состав  которого  вошло   Главное


 

36

управление государственной безопасности (ГУГБ), реорганизо­ванное из ОГПУ.

Согласно приказу НКВД СССР от 19 августа 1940 г. «О пере­устройстве ГУЛАГа» были созданы управления промышленного и специального строительства, горнометаллургической промыш­ленности, строительства авиационных заводов, снабжения лаге­рей и строек.

Начавшаяся Великая Отечественная война потребовала пере­стройки деятельности всех государственных органов в интересах укрепления обороноспособности страны. Этим же интересам бы­ла подчинена и деятельность мест лишения свободы. В 1941 г. из мест лишения свободы были освобождены лица из числа осуж­денных за малозначительные преступления, прежде всего, в ин­тересах пополнения действующей армии и выполнения оборони­тельных работ.

С началом войны возникла необходимость принимать экс­тренные меры по передислокации заключенных. К июню 1941 г. в составе НКВД действовало 56 исправительно-трудовых лагерей и большое число колоний, расположенных в 59 областях, краях и республиках, состояние и деятельность которых полностью обес­печивали требования, предъявляемые к изоляции от общества лиц, осужденных за совершенные ими преступления. По состоя­нию на 1 января 1941 г. в них соответственно содержалось 1500524 и 429205 человек. В 1941 и 1942 гг. были эвакуированы 27 лагерей и 210 колоний с числом заключенных 750000 человек. Вместе с тем, в связи с эвакуацией заключенных из приграничных районов вследствие консервации ряда строительств, значитель­ная часть лагерей и колоний в годы войны подверглась расфор­мированию, в том числе и по причине призыва заключенных на фронты Великой Отечественной войны.

В соответствии с указами Президиума Верховного Совета СССР от 12 июля и 24 ноября 1941 г. из мест лишения свободы были освобождены досрочно 480 тысяч человек, что составило около 25% от общего числа лишенных свободы, с направлением лиц призывного возраста в Красную Армию. По специальным постановлениям Государственного Комитета Обороны в течение 1942-1943 гг. досрочно освобождены по целевым разнарядкам с направлением в ряды Красной Армии 157 тысяч человек, что составило свыше 10% от общего числа лишенных свободы. Всего


 

37

за первые три года войны было передано на укомплектование Красной Армии 975 тысяч человек1.

Особый интерес представляет Указ Президиума Верховного Совета СССР от 19 апреля 1943 г. «Об уголовной ответственно­сти немецко-фашистских захватчиков и их пособников», которым в отношении их вводились новые виды наказаний: смертная казнь через повешение и каторжные работы сроком от 15 до 20 лет. Для осуждённых к каторжным работам создавались специ­альные лагеря.

Как показывают архивные документы, в отношении указанных выше категорий заключенных были приняты крайне суровые ре­прессивные меры, значительно превосходящие те, которые при­менялись к той же категории в первой половине 1941 г., т. е. до начала войны. В частности, в Ухтопечорском ИТЛ за 1941 г., из числа отбывших наказание, было привлечено к уголовной ответ­ственности 1330 человек, в том числе приговорены к высшей мере наказания 431 человек. Из этого числа 813 привлечены к ответственности в период с 22 июня по 31 декабря 1941 г., в том числе приговорены к высшей мере наказания 398 человек.

Высокие заболеваемость и смертность среди заключенных требовали реакции со стороны НКВД СССР и ГУЛАГа. В связи с этим, несмотря на сложную обстановку в стране, в июле 1942 г. полномасштабному обследованию подвергся Нижнетагильский ИТЛ НКВД. Проверкой установлено, что предварительно не соз­давались бытовые условия для размещения прибывших этапов.

Напряженная фронтовая обстановка лета 1942 г. требовала самоотверженной трудовой отдачи от каждого гражданина стра­ны, в том числе и от осужденных. Согласно приказу НКВД СССР от 1 июля 1942 г., впредь до особого распоряжения заключенным предоставлялось два дня отдыха в месяц. Продолжительность рабочего дня могла увеличиваться до 11 часов с предоставлени­ем часового перерыва. С 1 октября по 1 апреля при отсутствии искусственного освещения работу следовало проводить в тече­ние светового дня и, если на это затрачивалось менее 9 часов, то выходные дни заключенным не предоставлялись.

После окончания войны Президиум Верховного Совета СССР издал Указ от 7 июня 1945 г. «Об амнистии в связи с победой над

, ГА РФ Ф. 9401. ОП. 1. Д. 2033. Доклад начальника ГУЛАГа НКВД СССР от 14 августа 1944 г.


 

38

гитлеровской Германией». От наказания освобождались: осуж­денные к лишению свободы на срок не свыше трех лет и к более мягким мерам наказания.

Начиная с 1954 г. в политике КПСС и Советского государства, в том числе в исправительно-трудовой политике, наступает но­вый этап, названный в специальной литературе этапом восста­новления ленинских принципов советской исправительно-трудовой политики и исправительно-трудового права. Основной курс -укрепление социалистической законности и совершенство­вание системы органов МВД СССР, в том числе системы и струк­туры органов и учреждений, исполняющих наказание в виде ли­шения свободы.

Начало было положено принятием ряда важнейших директив­ных документов, особенно постановления ЦК КПСС от 10 июля 1954 г. В том же году Совет Министров СССР одобрил Положе­ние об исправительно-трудовых лагерях и колониях МВД СССР, восстановил систему зачета рабочих дней осужденным, несколь­ко дифференцировал систему исправительно-трудовых учрежде­ний. Указами Президиума Верховного Совета СССР от 24 апреля и 14 июня 1954 г. были восстановлены условно-досрочное и дос­рочное, освобождение лиц, отбывающих меру наказания.

Подзаконные акты 60-х гг. XX в., определяющие систему пени­тенциарных учреждений в РСФСР и порядок их деятельности, имели различную юридическую силу. К ним относились: Указ Президиума Верховного Совета СССР от 26 июня 1963 г. (отно­сительно колоний-поселений) и Положение, утвержденное Ука­зом Президиума Верховного Совета СССР от 3 июня 1968 г. (от­носительно трудовых колоний для несовершеннолетних); Поло­жение, утвержденное Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 29 августа 1961 г. (относительно ИТК и тюрем); приказ МООП РСФСР от 10 ноября 1963 г. (относительно СИЗО). Ве­домственными приказами были созданы спецкомендатуры орга­нов внутренних дел. Правовой основой их деятельности стал Указ Президиума Верховного Совета СССР от 20 марта 1964 г.

Пенитенциарная система была законодательно закреплена в Основах исправительно-трудового законодательства Союза ССР и союзных республик 1969 г. и в ИТК РСФСР 1970 г.

В 70-80-е годы была сформирована нормативно-правовая ба­за исполнения и отбывания наказания, которая в основном отве­чала минимальным стандартам обращения с осужденными, при-


 

39

нятым международным сообществом. С принятием Основ испра­вительно-трудового законодательства и исправительно-трудовых кодексов были определены основы правового положения лиц, отбывающих наказание. Были закреплены принципы участия об­щественности в делах исправительно-трудовых учреждений. Од­нако происшедшие позитивные изменения зачастую носили дек­ларативный характер.

В пятой главе «Правовой статус осужденных: опыт теоре­тического моделирования и практического воплощения в современной России» - выделены параграфы: «Общетеорети­ческая характеристика правового статуса личности осужденного» (§ 1); «Нормативные основания правового статуса личности осужденного:сравнительныйанализотраслейсовременного российскогозаконодательства»(§2);«Юридическиеограниче-нияигарантииправ,свободизаконныхинтересовосужденных, отбывающихуголовныенаказания»(§3).

Проблема правового статуса была и остается предметом при­стального внимания юридической науки.

Понятие правового статуса (от лат. Status - состояние, поло­жение) личности достаточно освящено в общей теории права и понимается обычно как правовое положение гражданина, либо как юридическое закрепление положения личности в обществе.

Вопрос о правовом статусе осужденных, отбывающих наказа­ние в виде лишения свободы, относится к числу наиболее труд­ных. В пенитенциарной науке по этому вопросу имеются различ­ные точки зрения.

Вместе с тем соискатель указывает на то, что двухэлементное содержание правового статуса осужденных, включающее в себя субъективные права и обязанности поддерживалось до середины 80-х годов большинством ученых.

Законные интересы, как элемент правового статуса осужден­ных, были введены в структуру правового положения осужденных ГЛ. Минаковым. Законные интересы выражаются в юридических возможностях в виде субъективных прав осужденных, а также в таких правовых явлениях, которые трудно, а порой просто невоз­можно объяснить с позиции субъективного права. Находясь под защитой государства, они существенным образом дополняют субъективные права осужденных и позволяют каждому лицу, от­бывающему наказание в виде лишения свободы, пользоваться определенным спектром жизненных различных благ, удовлетво-


 

40

рять свои материальные и духовные потребности, не противоре­чащие общественным.

Далее в диссертации формулируется определение субъектив­ных прав осужденных, выделяются, и анализируется их содержа­ние, определяются их правовые возможности.

С учетом изложенного, правовой статус осужденных следу­ет понимать как основанную на общем статусе граждан госу-дарстваизакрепленнуювнормативныхактахразличныхот-раслейправасовокупностьихправиобязанностей,зависящих отназначеннойимсудоммерыуголовно-правовогохарактераи отихповедениявовремяееисполнения.

Нормативное закрепление правового положения осужденных имеет важное практическое значение. Оно является выражением гарантии соблюдения законности в деятельности исправительной системы государства, определяет сущность отношения общества и государства к осужденным, позволяет органам, организациям, учреждениям и отдельным гражданам, исполняющим ее, обра­щаться к чувству гражданского долга осужденных.

Осужденные к любой мере уголовно-правового характера, в том числе связанной с их изоляцией от общества (и даже лица, приговоренные к смертной казни до приведения приговора в ис­полнение), остаются гражданами своего государства и, следова­тельно, на них распространяются общегражданские права и обя­занности, установленные Конституцией РФ, с определенными ограничениями. Осужденные не могут быть освобождены от ис­полнения своих гражданских обязанностей, кроме случаев, уста­новленных федеральным законом (ч. 2 ст. 10 УИК РФ). Вместе с тем, осужденные наделяются и специфическими правами и обя­занностями, свойственными назначенной им мере уголовно-правового характера.

Далее диссертант переходит к сравнительному анализу от­раслей современного российского законодательства.

При этом изначально указывается на то, что принципиальное значение для регулирования «пенитенциарным правом» приме­нения меры пресечения в виде заключения под стражу и даль­нейшего содержания под стражей имеет конституционный и уго­ловно-процессуальный принцип презумпции невиновности.

Конституционный принцип презумпции невиновности закреп­лен в ст. 49 Конституции РФ. В соответствии с ч. 1 ст. 49 каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным,


 

пока его виновность не будет доказана в предусмотренном феде­ральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда. Под федеральным законом в данном слу­чае предусматривается УПК РФ, в котором имеется специальный раздел III «Доказательства и доказывание». Обвиняемый не обя­зан доказывать свою невиновность, а неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого (ч. 2 и 3 ст. 49 Конституции РФ).

Уголовно-процессуальный принцип презумпции невиновности закреплен в ст. 14 УПК РФ. Вч. 1 ст. 14 УПК РФ дублируются по­ложения ч. 1 ст. 49 Конституции РФ. В ч. 2 ст. 14 УПК РФ установ­лено, что подозреваемый и обвиняемый не обязаны доказывать свою вину, а бремя доказывания и опровержения доводов, при­водимых в защиту подозреваемого и обвиняемого, лежит на сто­роне обвинения. То есть в УПК РФ дополнение к соответствую­щему конституционному положению об освобождения доказыва­ния своей вины распространяется не только на обвиняемого, но и на подозреваемого и указано, на кого возлагается бремя доказы­вания и опровержения доводов защиты. В ч. 3 ст. 14 УПК РФ по­вторяются положения ч. 3 ст. 49 УПК РФ о том, что неустранимые сомнения толкуются в пользу обвиняемого. .

Сейчас правовой статус осужденных, их обязанности и основ­ные права закреплены на уровне закона, а не как ранее, когда они были регламентированы преимущественно в ведомственных нормативных правовых актах. Это обстоятельство имеет исклю­чительно важное значение, в том числе и в плане неукоснитель­ного соблюдения законности при исполнении уголовных наказа­ний.

При переходе к свободному демократическому государству, в условиях формирования гражданского общества, проблема пра­вового статуса осужденных, отбывающих уголовные наказания, нуждается в серьезном осмыслении, так как является составной частью проблемы прав человека и гражданина в целом.

Современная судебная власть приобретает качественно но­вые функции, отнюдь не сводимые к тому, что раньше обычно именовалось правосудием. В системе сдержек и противовесов судебная власть характеризуется не столько правосудием, сколь­ко юридической возможностью активно влиять на решения и дей­ствия законодательной и исполнительной властей. Такие полно­мочия, предоставленные суду и используемые им, превращают


 

42

его в мощную стабилизирующую силу, способную защитить права и свободы граждан, оберегать общество от разрушительных со­циальных конфликтов.

27 апреля 1993 г. был принят Закон РФ «Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граж­дан».

Новый закон делает подконтрольным суду любые действия любых структур и должностных лиц, если возникает опасность ущемления ими законных интересов личности. Закон создал еди­ный механизм судебной защиты для всех граждан Российской Федерации.

14 декабря 1995 года был принят Федеральный закон «О вне­сении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации «Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан».

В заключении изложены основные выводы по теме исследо­вания, ее общественная значимость и перспективы дальнейшего развития.

В приложении автором представлены рекомендации по изме­нению и дополнению основных действующих актов.

Основные положения диссертационного исследования отражены в следующих опубликованных работах автора:

Монографии,учебникииучебныепособия

1.       Правовое регулирование прав осужденных в пенитенциар­
 ных учреждениях (теоретико-правовой аспект):   Монография /
 Под. общ. ред. В.П. Сальникова. СПб.: Санкт-Петербургский уни­
верситет МВД России, 2001 (в соавторстве). 11,9 п. л. (3,2 п. л.).

2.       Уголовно-исполнительное право: Учебник для юридических
вузов   /   Под.    общ.    ред.    В.П.    Сальникова.    СПб.:    Санкт-
 Петербургский университет МВД России, 2003 (в соавторстве).
 16,5 п. л. (0,2 п. л.).

3.       Формирование и эволюция системы исполнения уголовных
наказаний в России. Монография / Под. общ. ред. В.П. Сальнико­
ва. СПб.: Санкт-Петербургский университет МВД России, 2005 (в
 соавторстве). 7,8 п. л. (2,8 п. л.).

4.   Пенитенциарные учреждения в механизме государства (ис-
 торико-теоретический и правовой анализ): Монография / Под.


 

43

общ. ред. В.П. Сальникова. СПб.: Санкт-Петербургский универси­тет МВД России, 2005.18 п. л.

5.  Теория государства и права: Учебное пособие / Под. ред.
 Р.А. Ромашова. СПб.:. серия «Университетская книга», 2000. (в
 соавторстве). 13 п. л. (0,5 п. л.).

Научные статьи

6.    Опыт постпенитенциарной адаптации освобожденных от на­
 казания в зарубежных странах// Приоритеты и пути совершенст­
 вования научного сопровождения деятельности органов внутрен­
 них дел в свете современных требований МВД России: Материа­
лы научно-практической конференции преподавателей и соиска­
 телей.   Санкт-Петербург,   9   февраля   1996г.   СПб.,   Санкт-
 Петербургский юридический институт МВД России, 1996.0,3 п. л.

7.    Актуальные проблемы реформы уголовно-исполнительной
 системы // Общество, право, полиция: Материалы международ­
ной научно-практической конференции, Санкт-Петербург, 23-24
 марта 1996 г. Ч. 1. СПб.: Санкт-Петербургский юридический ин­
 ститут МВД России, 1996.0,2 п. л.

8.    К вопросу о совершенствовании законодательства и практи­
ки учреждений, исполняющих наказания в виде лишения свободы
// Православие и правоохранительная деятельность в Росси: Ма­
териалы межвузовской конференции, Санкт-Петербург, 24 октяб­
ря 1996 г. Ч. 3. СПб.: Санкт-Петербургский юридический институт
 МВД России, 1996.0,3 п. л.

9.    Свобода вероисповедания и государство // Православие и
 правоохранительная деятельность в Росси: Материалы межву­
зовской конференции, Санкт-Петербург, 24 октября 1996 г. Ч. 1.
 СПб.: Санкт-Петербургский юридический институт МВД России,
1996. 0,2 п. л.

 

10.    Становление и развитие пенитенциарной системы России
в XVII - первой половине XIX в. // МВД России - 200 лет: Мате­
 риалы международной научно-практической конференции, Санкт-
 Петербург, 28-29 мая 1998 г. Ч. 1. СПб.: Санкт-Петербургская
 академия МВД России, 1998.0,2 п. л.

11.  Международный пенитенциарный опыт и практика трудо-
 использования заключенных в местах лишения свободы // МВД
 России   -   200   лет:    Материалы   международной   научно-
 практической конференции. Санкт-Петербург., 28-29 мая 1998 г.


 

44

Ч.  3.  СПб.:  Санкт-Петербургская академия  МВД России,   1998. 0,2 п. л.

12.       Информационная безопасность в России // Компьютерная
 преступность:   состояние, тенденции   и   превентивные   меры   ее
 профилактики:   Материалы   международной   научно-практической
конференции. Санкт-Петербург, 12-13 февраля 1999 г. Ч. 1. СПб.:
Санкт-Петербургский университет МВД России, 1999. 0,2 п. л.

13.       Изложение курса теории права и государства в современ­
ных изданиях // Вестник Санкт-Петербургского университета МВД
России. № 2.1999. 0,2 п. л.

14.       От тоталитаризма к гражданскому обществу // Демократия
 и тоталитаризм;   проблемы  противостояния:   Материалы   межву­
зовского   научно-практического   семинара.   Санкт-Петербург,    15
 ноября 1999 г. СПб.: Санкт-Петербургский университет МВД Рос­
 сии, 1999. 0,2 п. л.

15.       Основные направления государственной политики в сфере
обеспечения   безопасности   несовершеннолетних  от   преступных
посягательств // Ювенальная юстиция;  профилактика правонару­
шений: Тезисы докладов и выступлений на международной науч­
 но-практической   конференции.   Санкт-Петербург,   26-28   ноября
 1999г. СПб.: Санкт-Петербургский университет МВД России, 1999.
 0,2 п. л.

16.    Причины   преступного  поведения   несовершеннолетних  с
проявлением   насилия   //   Ювенальная   юстиция;   профилактика
правонарушений:      Тезисы     докладов      и      выступлений      на
 международной      научно-практической      конференции,      Санкт-
 Петербург,   26-28   ноября   1999   г.   СПб.:   Санкт-Петербургский
университет МВД России, 1999. 0,2 п. л.

17.      О некоторых аспектах экономической безопасности России
на современном этапе // Общество, государство и право России
 на пороге 21  века: теория, история: Межвузовский сборник науч­
 ных трудов. Уфа: Уфимский юридический институт МВД России,
2000.0,2 п. л.

18.      Наркомания в России: современное состояние, перспекти­
 вы   контроля   и   противодействия  распространению // Теория   и
 практика    криминалистического    обеспечения    предупреждения,
 раскрытие и  расследование преступлений в сфере незаконного
 обороты    наркотиков:    Материалы    межведомственной    научно-
 практической     конференции     по     итогам     работы     экспертно-
 криминалистических  подразделений  СПб.   и Ленинградской  об-


 

45

ласти за 1999 г. Санкт-Петербург, 18 января 2000 г. СПб.: Санкт-Петербургский университет МВД России. 2000.0,3 п. л.

19.     Пенитенциарная политика России на рубеже тысячелетия
 // Актуальные проблемы теории и истории государства и права.
 Сб. научных статей. Выпуск 1. СПб.: Санкт-Петербургский уни­
 верситет МВД России. 2000.0,2 п. л.

20.  Социально-правовое назначение контроля за деятельно­
 стью пенитенциарных учреждений // Проблемы повышения бое­
 способности внутренних войск МВД России в современных усло­
виях. Сборник научных статей: Материалы межвузовской научно-
 практической конференции. Санкт-Петербург, 9 февраля 2001 г.
 Ч. 2. СПб.: Санкт-Петербургский Военный институт внутренних
 войск. 2001.0,2 п. л.

21.  Правовое положение лиц, отбывших уголовное наказание
 в виде лишения свободы и некоторые вопросы пенитенциарной
адаптации //  Проблемы повышения боеспособности внутренних
 войск МВД России в современных условиях. Сборник научных
 статей:  Материалы межвузовской научно-практической конфе­
 ренции. Санкт-Петербург, 9 февраля 2001 г. Ч. 2. СПб.: Санкт-
 Петербургский Военный институт внутренних войск. 2001.0,2 п. л.

22.  Международный контроль за деятельностью пенитенциар­
ных учреждений // Проблемы повышения боеспособности внут­
 ренних войск МВД России в современных условиях. Сборник на­
учных статей:   Материалы   межвузовской  научно-практической
 конференции. Санкт-Петербург, 9 февраля 2001 г. Ч. 2. СПб.:
 Санкт-Петербургский Военный институт внутренних войск. 2001.
 0,2п.л.

23.  Законность как принцип функционирования пенитенциар­
 ной системы // Правовой режим законности: вопросы теории и
 истории: Материалы межвузовской научно-практической конфе­
 ренции.  Санкт-Петербург,   15 февраля 2001   г.  СПб.: Санкт-
 Петербургский       Государственный       университет;       Санкт-
Петербургский университет МВД России. 2001.0,2 п. л.

24.     Законность в системе уголовного наказания после 1917 го­
 да. // История государства и права. № 2.2001 г. 0,2 п. л.

 

25.      Международно-правовое регулирование и  контрольные
 механизмы обеспечения  прав заключенных // Вестник Санкт-
 Петербургского университета МВД России. № 2.2001 г. 0,2 п. л.

26.      Психологические особенности возникновения профессио­
нальной деформации сотрудников УИС // Материалы межвузов-


 

46

ской научно-практической конференции. Санкт-Петербург. Май 2001 г. СПб.: Санкт-Петербургский университет МВД России. 2001. 0,2 п. л.

27. Терроризм: проблемы сущности и источники финансирова­
ния // Международный терроризм:   истоки   и   противодействие.
 Сборник статей / Под ред. Е.С. Строева,  Н.П.  Патрушева. СПб.:
 Материалы   международной   научно-практической   конференции.
 Санкт-Петербург. 18-19 апреля 2001 г. 0,2 п. л.

28.    Международная практика по использованию альтернатив­
ных мер уголовного наказания //Актуальные проблемы борьбы с
преступностью.  Материалы международной научно-практической
конференции, Санкт-Петербург, 3-4 октября 2001г. СПб., Санкт-
 Петербургский университет МВД России, 2001. 0,Зп.л.

29.   Развитие теории прав и свобод человека в России //Акту­
 альные проблемы теории и истории государства и права: Мате­
 риалы межвузовской научно-теоретической конференции. Санкт-
Петербург, 14 декабря 2001 г. СПб.: Санкт-Петербургский универ­
ситет МВД России, 2002. 0,2 п. л.

30.   Права   человека и социальное государства //  Актуальные
проблемы теории   и   истории  государства  и   права:   Материалы
межвузовской      научно-теоретической      конференции.      Санкт-
Петербург, 19 декабря 2002 г. СПб.: Санкт-Петербургский универ­
ситет МВД России, 2003.0,2 п. л.

31.   Предмет и   метод правового   регулирования   налогового
 права      России      //      Материалы       международной       научно-
 теоретической конференции. Ч.   1. Санкт-Петербург, 24 декабря
 2003   г.   Санкт-Петербургский  университет   МВД   России.   2004.
 0,3 п. л.

32.   Правопреемство в сфере уголовно-исполнительного права
Российской   Федерации  //  Материалы   международной   научно-
 теоретической  конференции. Ч.  2.  Санкт-Петербург, 24 декабря
 2003   г.   СПб.:   Санкт-Петербургский   университет   МВД   России.
 2004.0,4 п. л.

33.   Краткий анализ международных документов и механизмов,
 связанных с защитой прав заключенных// Права и свободы чело­
 века  и   гражданина  международно-правовое   и   конституционное
 регулирование:   Материалы   межвузовской   научно-практической
 конференции. 19 декабря 2003 г. Институт правоведения и пред­
 принимательства. СПб.: Пушкин, 2004. 0,4 п. л.


 

47

34.  Характерные черты исправительной системы государства
 (1917-1941 гг.) // История государства и права. № 5. 2004. 0,8 п. л.

35.    Права  человека  в  истории  философской   и   политико-
правовой  мысли // История государства и права.  2004.  № 2.
0,6 п. л.

36.    К вопросу о развитии теории прав человека // Научные
труды. Российская академия юридических наук. Т. 1. М., 2004.
0,2 п. л.

37.    Обеспечение конституционных прав осужденных в России:
 история и современность // Зарубежный опыт и отечественные
 традиции в российском праве: Материалы всероссийского науч­
 но-методологического семинара. Санкт-Петербург,  28-30 июня
 2004  г.   СПб.:   Санкт-Петербургский университет  МВД  России,
 Санкт-Петербургский   государственный  университет,   Центр  со­
 действия правовой реформе при поддержке Фонда Джона Д. и
 Кэтрин Т. МакАртуров. 2004. 0,4 п. л.

38.    Судебная система как структурный элемент государствен­
 ной власти // Актуальные проблемы теории и истории государства
 и   права.   Материалы   IV международной  научно-теоретической
 конференции. Санкт-Петербург, 24 декабря 2004 г. СПб.: Санкт-
 Петербургский университет МВД России, 2004. 0,4 п. л.

39.    Место и роль пенитенциарной системы в механизме госу­
 дарства // Вестник    Санкт-Петербургского университета    МВД
 России. №1.2005.1 п. л.

40.    Юридические ограничения и гарантии прав, свобод и за­
 конных интересов осужденных,  отбывающих уголовные наказа­
 ния // Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России.
 № 2. 2005. 0,9 п. л.

 

 

 
 

Обратно на главную страницу сайта

Обратно на главную стр. журнала